Общество

Истории первых переселенцев:«Когда мы приехали в Пруссию, там были только пограничники и немцы»

Жительница Правдинска Надежда Мирончук – о гитлеровской оккупации, принудительных работах в Литве и Германии и приглашении в Восточную Пруссию от пограничника-агронома
Надежда Мирончук с мужем и детьми.

Надежда Мирончук с мужем и детьми.

Фото: семейный архив.

«Деревню сжигали четыре раза»

Надежда Фадеевна Мирончук (девичья фамилия Шедько) родилась в 1929 году в деревне Заборье Сиротинского сельсовета Витебской области. Закончить она успела всего четыре класса.

- Гитлер доучиться не дал, - говорит она.

Отец семейства Фадей Николаевич был рабочим, и семья вместе с ним перебралась на новое место – ближе к границе с Псковской областью, в деревню Березняки. Здесь во время войны располагался крупный партизанский отряд, в котором был медпункт, а также небольшое производство по изготовлению валенок и маскировочных халатов (их шили из парашютов). Для ликвидации этого узла сопротивления в поселок регулярно наведывались карательные отряды.

- Деревню нашу немцы четыре раза сжигали, - рассказывает Надежда Мирончук. - Что не догорело, еще раз поджигали. В итоге, жить мы стали в землянках в лесу: мама, я, две сестры и брат Володя. И корова с нами была.

Однажды из-за этой коровы Надежда чуть не погибла.

- Когда уже нечем было ее кормить, мама отправила меня в сожженную деревню с мешком за сеном, - рассказывает наша героиня. - И только я стала из леса выходить, как прямо перед ногами снег начал прыгать. Выстрелов я не слышала, но немца вдалеке увидела. И тут ко мне откуда-то из кустов подбежал партизан, начал спрашивать, где немцы. Я показала на того, кто в меня стрелял, и он тут же ринулся в лес. И я за ним. Сена я так и не принесла, зато спаслась.

В Литву, потом в Германию

В лесу, где пряталась семья Надежды Мирончук, было несколько землянок. Этот подземный хутор вскоре вычислили каратели.

- Когда они пришли, мамы не было. Каратели хорошо говорили по-русски (мне кажется, они латышами были), они нам сказали, что если мама за нами не выйдет, то они нас отпустят. Мама, конечно, вышла, и тогда погнали нас в псковский город Себеж.

Младший брат нашей героини Владимир.

Младший брат нашей героини Владимир.

Фото: семейный архив.

Оттуда на товарняке повезли на запад.

– Привезли нас в Литву, где распределили по хозяевам. Мы все работали там в одном хуторе. Брат Володя работал у богатого литовца, у которого было много коров и лошадей. Мама трудилась у другого литовца, прожившего 16 лет в Америке, а я – у третьего. Он меня литовскому языку еще учил.

Надежда в конце 40-х годов.

Надежда в конце 40-х годов.

Фото: семейный архив.

После Литвы семью перевезли в Бреслау (сегодня польский Вроцлав – Ред.). Там мать с детьми работала за городом в поле, заготавливая сено для коров. Спали все в неотапливаемом сарае, переоборудованном под жилище для остарбайтеров. По соседству на немецких бюргеров работал целый интернационал: поляки, украинцы, французы и русские со всех республик и регионов СССР. Летом 1944 года, после того, как стало известно о покушении на Гитлера, работники начали разбегаться.

- А потом, когда фронт стал приближаться, уже и немцы начали готовиться к бегству, - продолжает Надежда Фадеевна. - Наша хозяйка, у которой муж погиб на фронте, бредила Дрезденом. Она считала, что русские там ее не достанут. Все свое имущество она и ее управляющий погрузили на крытую арбу и направились на запад. Нас они с собой погнали, хотя мы уже начали сопротивляться. Когда мы добрались до Чехословакии, дальше идти отказались. Хозяйке ничего не оставалось делать, как оставить нас там.

Пограничник-агроном

После освобождения советскими войсками семью Надежды Фадеевны сначала перевезли в город Рава-Русская, где располагался один из фильтрационных лагерей НКВД.

- После проверки нас привезли на станцию Оболь Витебской области. Недалеко от нее была деревня Ходоровка, где у меня бабушка жила. Она умерла, пока мы в Бреслау два года были. Мы нашли ее дом, он пустовал, и только мыши за обоями бегали. Был голод. Меня мама оставила за старшую, а сама ездила на товарняках в Пруссию. Она каким-то образом узнала, что там в брошенных сараях оставалось зерно. Тогда многие этим занимались.

Мария Иосифовна успела сделать несколько рейсов. А однажды в поселке Бредауен (сегодня Ягодное Правдинского района) встретила советских пограничников.

- Один из них по фамилии Бурма ей сказал: «А ты знаешь, езжай-ка за детьми, эту землю нам отдают». Мама забрала нас и привезла сюда. 9 мая 1946 года мы уже были в Бредауене, где русских еще не было, кроме пограничников.

По словам Надежды Фадеевны, пограничник Бурма по специальности был агрономом, и поэтому оказался очень деятельным в плане организации хозяйства. Рядом с пограничной заставой сажали картошку, помидоры, огурцы, капусту и морковь.

- Я сначала тоже на участке работала, а потом Бурма разглядел, что у меня хороший почерк и позвал в контору выписывать паспорта. Так я стала делать паспорта немцам, оставшимся в районе. Мужчина в Бредауене оставался всего один, и он работал переводчиком, а женщины работали в подсобном хозяйстве погранотряда. Отношения у нас были ровные, никто не ругался. Через некоторое время стали и первые переселенцы появляться в Домново и в Багратионовске.

На самом деле, как в ходе разговора припомнила наша героиня, поначалу мужчин в поселке было несколько. Однако зимой, когда замерз водопровод, муж ее соседки Лизы, Вилли, вместе с приятелем решили отогреть трубу горелкой и якобы нечаянно подожгли скотный двор.

- Скотину пришлось выгнать на снег, и коровы заболели. А немцев судили за вредительство, - добавила переселенка.

Вышла замуж за баяниста

Во время выселения немцев за пределы Калининградской области, как вспоминает Надежда Фадеевна, многие из них радовались, но кто-то плакал и не хотел уезжать.

- Помню, что вечером из паспортного стола в Ягодное приехал сотрудник, который под большим секретом сказал, что ночью начнется выселение. Мне паспорта надо было подготовить. Немцам разрешили, по-моему, по 15 килограммов вещей с собой взять, посадили на поезд – и в Багратионовск.

Надежда Мирончук с мужем.

Надежда Мирончук с мужем.

Фото: семейный архив.

В уже переименованном поселке Ягодное Надежда Шедько вышла замуж за баяниста, приехавшего из-под Чернобыля. В 1948 году семья Мирончуков перебралась в Правдинск. Муж Надежды Фадеевны работал в школе, а сама она устроилась кассиром в дорожную службу, после чего стала там же бухгалтером.

- Наверное, поэтому я запомнила, что наши дорожники всего по 60 рублей получали, это очень мало было. А вот литовцы, которые мост под Железнодорожным восстанавливали, зарабатывали хорошо.

Надежда Фадеевна до сих пор поддерживает отношения с Белоруссией и участвует в делах своего землячества.

Надежда Фадеевна до сих пор поддерживает отношения с Белоруссией и участвует в делах своего землячества.

Фото: Иван МАРКОВ

Несмотря на то, что Надежда Мирончук большую часть своей жизни провела в Калининградской области, она до сих пор поддерживает отношения с Белоруссией и участвует в делах своего землячества.