Премия Рунета-2020
Калининград
+17°
Boom metrics
Общество23 октября 2012 14:35

Алена Михайлова, бывшая заложница «Норд-Оста»: Газ не ушел бесследно

В эти дни в России вспоминают один из крупнейших терактов. Десять лет назад в Москве террористы захватили Театральный центр на Дубровке.

НЕОКОНЧЕННАЯ РОЛЬ

Трое суток в плену оставались 916 заложников. При штурме погибли 130 человек. Среди них – директор «Общественного калининградского радио» Максим Михайлов. Он был в зале вместе с женой Аленой.

В этом году Максиму исполнилось бы 44 года. Очень одаренный человек, играл на гитаре, пел, играл в Литературном театре, который основал и бессменно возглавляет его отец Альберт Михайлов. Последним спектаклем Максима была, по иронии судьбы, музыкальная «Комедия ошибок» по Шекспиру, где главные роли играли Максим Михайлов и его друг Виталий Макаров.

Сегодня у Театрального центра на Дубровке в Москве завершается строительство храма в память о жертвах теракта. В пятницу, 26 октября, в годовщину освобождения заложников, будут освящены купола для нового шатрового храма…

Накануне этого события «Комсомолка» поговорила с вдовой Максима Аленой Михайловой.

- Алена, если оглянуться на десять лет назад, возможно ли было избежать штурма, а главное - такого количества жертв?

- Трагедии избежать не удалось бы. Если не в Театральном центре на Дубровке, так террористы оказались бы в другом месте. Можно ли было избежать штурма? Думаю, что нет, если вспомнить Россию десять лет назад, другого решения власть не могла бы и принять, переговоры у нас практически не ведутся. А веры в то, что действительно заложников отпустят, не было ни тогда, ни сейчас. Да и потом, сидеть в течение 58 часов, понимая, что твоя главная задача - вести себя тихо, не сорваться, не стать провокатором взрыва изнутри, - это очень тяжело. У меня, да и у всех, кто был там и остался жив, сегодня много вопросов не столько по самому штурму, сколько по тому, как оказывалась медицинская помощь. В то же время я понимаю, что подобная операция была проведена впервые, да еще и с применением газа, то есть мы оказались фактически экспериментом.

НЕ РАССЧИТАЛИ ДОЗИРОВКУ

- Честно говоря, я каждый день возвращаюсь к событиям десятилетней давности, - признается Алена. - Тогда мы ждали помощи извне, надеялись, что за то время, пока мы находимся в зале, найдутся в России профессионалы, которые все продумают и обязательно освободят из плена. Но на деле оказалось, что дозировку газа не рассчитали, не продумали, как организовать медицинскую помощь людям так, чтобы вовремя вывести всех заложников из наркотического сна. Есть кадры хроники, которые я никогда не смогу спокойно смотреть. Это когда уже штурм закончен, в зале открыты все двери, между рядами ходят следователи, а на балконах сидят спящие люди. И я каждый раз думаю, кто взял на себя право решать, кто уже мертв, а кого еще можно спасти! А сколько заложников погибло при транспортировке! Не хватало карет «Скорой помощи», и всех - мертвых, живых - сгружали друг на друга в автобусы, водители которых не знали, куда везти спящих людей. Опрос свидетелей и участников событий говорит о том, что медики приезжали к Театральному центру с кровеостанавливающими препаратами, никто из них не был готов, что будут применять газ и понадобится антидот против отравления. Доказано, что половине заложников вообще не было оказана медицинская помощь, в больницы уже привозили труппы. Выводить людей из этого одурманенного сна надо было в кратчайшие сроки и профессионально.

ДО И ПОСЛЕ

- Жизнь до «Норд-Оста» и жизнь после «Норд-Оста» - ты так делишь?

- Жизнь после «Норд-Оста». Возможно, я повторяюсь, но у меня много вопросов к власти. Почему до сих пор не принят закон о терроризме? Почему до сих пор не такого понятия - «бывший заложник»? Почему этой категории граждан законодательно не предусмотрены социальная, медицинская и психологическая помощь? Ведь отравление газом в нашем случае не прошло бесследно.

Сегодня у всех, кто пережил эту трагедию, наблюдается общая симптоматика: проблемы с почками, сосудами, суставами, нервной системой, у многих наблюдаются нарушения памяти, люди слепнут, родились дети с ДЦП у бывших зрительниц мюзикла и другими тяжелыми врожденными заболеваниями. Из-за проблем со здоровьем я сменила свое любимое занятие - журналистику на другое, более спокойное, ближе к дому. Я постоянно обращаюсь к врачам, в прошлом году опять «повисла» правая рука - как и после штурма, я опять лежала в неврологии. Как говорится, где тонко, там и рвется.

И нет никаких выводов, заключений и помощи по этому поводу со стороны властей, а такие решения нужны. Власть не интересуется тем, как и чем сейчас живут бывшие заложники, их семьи. Здесь я хочу подчеркнуть, что на уровне Калининграда и области моя семья получила максимальную поддержку, и я не могу и не хочу «паразитировать» на этом. Мои вопросы адресованы федеральным властям.

- Алена, известно, что на свои средства бывшие заложники издали «Книгу памяти. Мемориал погибшим в Норд-Осте». Можно ли ее купить, где можно познакомиться с ней в Калининграде?

- Одну такую книгу я отдала в областную научную библиотеку, вторую - в библиотеку имени Маяковского, еще одну – в имени Чехова. 25 октября как раз в «Чеховке» будет своеобразная презентация книги. В ней рассказ о потерянных 130 жизнях. Бывшие заложники создали свой сайт, на котором размещены фотографии, видео, документы, судебные решения, воспоминания заложников http://www.nord-ost.org. Здесь можно, если не узнать всю правду о трагедии «Норд-Оста», то хотя бы получить ответы на многие вопросы.

…26 октября на Старом кладбище в Калининграде, где похоронен Максим, обязательно соберутся близкие, друзья семьи Михайловых.

А В ЭТО ВРЕМЯ

«Словно выбирал между жизнью и смертью»

Одним из последних калининградцев, кто в последний раз видел живым Максима Михайлова, был генеральный директор телеканала «Премьер» Андрей Шуляк. В те октябрьские дни в Москве он находился вместе с коллегами – руководителями теле– и радиостанций. Все они участвовали в конкурсе на право вещания на радиочастоте 105,9 ФМ.

- Председателем конкурсной комиссии был Владимир Познер, - рассказал Андрей Шуляк. - Поэтому неудивительно, что частота досталась его радиостанции «Семь холмов». Макс был очень расстроен. Я предложил сходить развеяться в ресторан театра оперетты, расположенного по соседству. Нас собралось четверо, а Максим все колебался. То выйдет из фойе, то снова к нам подойдет. На третий раз махнул рукой и ушел совсем. Словно долго выбирал между жизнью и смертью. После этого Михайловы купили в подземном переходе билет на этот чертов «Норд-Ост»…

В это же время в командировке в Москве находился Александр Корецкий, работавший в областной администрации. По его словам, ему тоже предлагали билет на «Норд-Ост», но он отказался.

- Вечером мне позвонили в гостиницу и сообщили, что Максим Михайлов с женой в зале театрального центра на Дубровке, – вспоминает Корецкий.

Утром в самолете он рассказал об этом землякам, с которыми вместе возвращался в Калининград.

См. репортаж: «Норд-ост»: фотохроника трагедии»