Остров везения в Калининграде: Страна болот, лугов и пастухов

Вид на довоенный остров с высот птичьего полета. Многоквартирные дома смахивают на хрущевки.

Если 21 декабря не случится конца света и если не произойдет еще каких-нибудь глобальных перемен, в 2018 году Калининград примет матчи Чемпионата мира по футболу. А главным местом Чемпионата, его столицей, станет остров Октябрьский в центре Калининграда, где будет построен стадион на много тысяч мест и разного рода объекты инфраструктуры. Можно без сомнения сказать, что в течение ближайших пяти лет остров станет центром мироздания, точкой, в которой сходятся все пути. И значит внимание, нему будет приковано большое.

«Комсомолка» решила не оставаться в стороне. Сегодня мы начинаем долгоиграющий сериал «Остров везения». Мы будем рассказывать о различных аспектах жизни острова: бытовых и коммунальных, политических и исторических, спортивных и экономических.

Первая публикация - об истории острова Ломзе, о том, что он собой представлял до Второй мировой войны.

БОЛОТА И МОСТЫ

Остров Ломзе территориально относился к старейшему из трех городов, впоследствии объединившихся в Кенигсберг, - Альтштадту. Похоже, поначалу альтштадтские власти не очень-то понимали, как можно использовать хотя и обширную, но заболоченную территорию. Наконец, решили хранить там древесину, построив на северо-западе острова, вдоль берега Нового Прегеля складские помещения. Постоянное же сообщение с городом Ломзе получил лишь после 1404 года, когда был построен Хольц-брюкке (что в переводе с немецкого означало попросту Деревянный мост). Еще лет через 20 западные берега острова укрепили дамбой, обсадив ее ивами и проложив по ней дорогу на юг. Борьбу за осушение болот начали, прорыв несколько каналов. В северо-западной части Ломзе начал функционировать скотный рынок, но в целом здешний пейзаж с его неказистыми хозпостройками оставлял желать много лучшего.

Проблема была в том, что дорога по дамбе поначалу вела практически в никуда. Между тем, альтштадцам было жизненно важно заполучить торговый путь в южном направлении, который бы огибал соперничающий с Альтштадтом город Кнайпхоф на нынешнем острове Канта. И для этого был нужен мост, ведущий с дамбы. Отнюдь не заинтересованные в успехах конкурентов кнайпхофцы, понятно, и слышать о таком сооружении не желали. То немного затихающая, то разгорающаяся с новой силой борьба за мост длилась почти сто лет! Конец спору положил в 1535 году героцог Альбрехт, своей властью дав разрешение на строительство . Хохе-брюкке (Высокий мост) сделали разводным, возложив соответствующие обязанности на содержателя трактира «Нойер Круг», процветавшего на северном берегу Старого Прегеля.

Жители Кнайпхофа утешились небольшим реваншем, добившись разрешения на строительство еще одного моста. Хониг-брюкке (Медовый мост) не только соединил их город с Ломзе, но и дал начало одной из кенигсбергских легенд. Ведь он назывался так благодаря бочкам меда, которые член ратуши Кнайпхофа обербургграф Везенраде посулил строителям в качестве оплаты их труда.

А вот жилые дома возводить на Ломзе строго запрещалось - слишком уж ненадежной пока оставалась почва. Островные пустоши горожане Альтштадта облюбовали под пастбища для своего скота. Стойла, склады да угольные погреба - вот все, чем в те времена был примечателен Ломзе.

ПРОМЗОНА НА ПРЕГЕЛЕ

Свое сугубо хозяйственное значение Ломзе сохранял еще больше 300 лет. Не помогло даже начавшееся в 1626 году строительство вокруг Кенигсберга второго пояса укреплений. Поперек острова прорыли ров, насыпали вал и соорудили один бастион и два полубастиона. Но за ними продолжали зеленеть луга, по которым бродили коровы и быки.

Самое заметное здание Ломзе — синагога.

Даже хозяйственный король Пруссии Фридрих II не придумал для Ломзе ничего лучшего, чем приказать заложить здесь плантации для выращивания шелковицы. Но из-за постоянных наводнений расчеты Старого Фрица на доходы от продажи выращенного на острове шелка рухнули. Крах амбициозного проекта довершила зима 1771 года, когда грянули такие лютые морозы, что почти все тутовые деревья вымерзли, а то немногое, что пощадили холода, с удовольствием доели жуки-вредители.

После этого даже хозяйственные пруссаки махнули на Ломзе рукой. Чтобы земля уж совсем не пропадала, построили у Хольц-брюкке небольшую бойню. Селиться на проложенной по дамбе улице Вайдендамм отваживались лишь бедные студенты Альбертины, да и то лишь потому, что не надо было платить за проживание в общежитиях, которые организовал профессор восточных языков Кипке.

Первые по-настоящему жилые дома на Ломзе начали строить только в XIX веке.

- Зато теперь дело шло очень быстро, - рассказывает сотрудник Государственного архива Калининградской области Анатолий Бахтин.- К 1840 году в северной части острова появилось уже целых пять улиц. И хотя в основном они состояли из все тех же складов, начало было положено. К тому же, в 1843 году вокруг Кенигсберга были возведены новые оборонительные сооружения. Их луговой фронт на Ломзе был отнесен далеко на восток и соединил Литовский вал с бастионом «Прегель» у Фридландских ворот. Во второй половине века модернизировали Медовый и Высокий мосты.

Остров продолжал страдать от разливов Прегеля, но упорные кенигсбержцы все же построили здесь сначала кровельную фабрику, потом чугунолитейный завод, на основе которого позже возникло производство железнодорожных вагонов. Правда, потом фабрику перевели в более подходящее место.

НЕДОЛГОЕ ПРОЦВЕТАНИЕ

Проблемы острова удалось преодолеть, благодаря… проблемам Кенигсберга в целом. В стесненном кольцом укреплений, но с быстро прибавлявшимся населением городе дефицит жилья был колоссальный. Домами начали застраивать даже свободные участки между валами. В 1894-м горадминистрация наметила план застройки Ломзе. Склады начали сносить, возводя вместо них многоквартирные здания. А 24 мая был заложен первый камень в фундамент новой синагоги.

- Болотистая почва требовала наличия свай и специальных креплений, - поясняет Анатолий Бахтин. - Использовались толстые дубовые стволы длиной 12-13 метров. С севера к синагоге пристроили детский приют. На все строительство ушло два года.

После открытия в районе Розенау современного мясокомбината (который действует и сегодня) старая бойня на Ломзе со всеми ее сомнительными прелестями была ликвидирована. В 1901-1904 годы перестроили третий мост - Хольц-брюкке. На острове возникли новые кварталы Курфюрстендамм и Хохмейстерштрассе. В 1905-м появился мост Кайзер-брюкке, который вел к Главному железнодорожному вокзалу (Южный вокзал Калининграда). Перекрыли осушительные каналы, выведя их в общую канализацию. Затопляемые участки подсыпали грунтом. И хотя исчезли деревянные мостики и другая старая инфраструктура, придававшие Ломзе особый колорит, островная жизнь становилась все более комфортной. Число жителей все увеличивалось, и в 1914 году здесь решили возвести евангелическую церковь. Но из-за Первой Мировой войны строительство пришлось отложить - Кройц кирха была закончена только в 1933 году.

Во времена Веймарской республики и Третьего рейха Ломзе продолжал процветать. У самой реки построили здание городского кредитного управления. На острове базировались союзы гребцов «Германия» и «Пруссия», студенческие корпорации «Бенцол» и «Мазовия». Наряду с жилыми домами бойко функционировали маленькие частные предприятия, цехи, склады. За Высоким мостом пыхтела своим паровым двигателем лесопильная фабрика.

Конец благоденствию положила Вторая Мировая. Большинство зданий Ломзе разрушили английские бомбардировщики, а руины снесли уже советские бульдозеры. Уцелела лишь небольшая часть Линденштрассе, которую сегодня называют улицей Октябрьской.

Следующий материал рубрики «Остров везения» читайте через неделю, в субботу, 22 декабря. Из глухой старины мы вернемся в современную действительность.