Общество4 мая 2015 14:19

Герой войны Михаил Пен: "Подходим к Кенигсбергу, а в домах - немецкие солдаты в кальсонах"

«Комсомолка» продолжает серию публикаций «Герои штурма Кенигсберга», посвященную 70-летию Великой Победы
Ветеран войны Михаил Пен.

Ветеран войны Михаил Пен.

Фото: Александр КАТЕРУША

Мы рассказываем об отважных бойцах, которые брали столицу Восточной Пруссии. Всем ветеранам мы задаем три вопроса: об их довоенной и мирной послевоенной жизни и просим вспомнить яркие эпизоды из жизни фронтовой. Наш сегодняшний выпуск посвящен пехотинцу Михаилу Григорьевичу Пену, которому пошел 92-й год.

Спал под токарным станком

- Детство у меня было непростое. Родился и жил в Харькове. Отец трудился на заводе, мать – домохозяйка, потому что семья большая была. Я ходил в школу, а когда началась война, меня определили в школу фабрично-заводского обучения на завод. Тогда мне было почти 18 лет. На заводе я делал мины. Потом немцы стали наступать, завод эвакуировали в Куйбышев. И я поехал. Нас поместили в лес на окраине города, жили в землянках, притом что была поздняя осень и зима. Потом направили на завод. Рабочие еще строили этот завод, укладывали стены, крыши не было еще. Но мы уже работали. Я стал токарем, делал пулеметы для самолетов.

...Я был низенький, чтобы достать до станка, подставлял ящик. Устал? Ложись под станок и спи. Поспал чуть-чуть, мастер уже ногой пихает, мол, вставай. Обедали один раз в день. Ели мерзлую сладкую картошку и субпродукты: кишки, кусочки печенки. Пообедал, и снова к станку! Повезло, что меня приютила одна женщина – взяла к себе домой, не пришлось больше жить в сырой землянке. Хозяйка меня и кормила. С тех пор у меня к людям этим отношение было особенное. Они не дали мне умереть с голоду.

...Это была зима 1942 года. Мне присылали повестки, но их забирал мастер со словами: «Ты на военном заводе. Будешь работать». И на это у него было право. Когда третий раз прислали повестку, я подумал: «Господи, что здесь на заводе подохнешь, что на фронт пойдешь. Так лучше на фронт. Говорят, там кормят». Я побежал в военкомат, откуда меня прямиком направили в часть. Записали в седьмую гвардейскую воздушно-десантную дивизию. Посадили в товарняк и – под Москву на базирование. Привезли в столовую. И там наливают в котелок сколько попросишь. А там еще сало, а там мясо попадается! Там борщ дают! Все! Я попал в рай!

Михаил (слева) с боевыми товарищами.

Михаил (слева) с боевыми товарищами.

Фото: из архива героя публикации

Танки американские так себе, зато продукты!

- Наша воздушно-десантная дивизия использовалась просто как пехота. Я с парашютом не прыгал ни разу. Через месяц после призыва нас по тревоге посадили в новенькие «ЗИС-5» и повезли под блокадный Ленинград. В первый бой я побежал с дисковым ППШ. В батальоне нашем было 700 человек, под вечер насчитали чуть больше 70. Остальных перебило, некоторые утонули. Я остался жив. А как это было? Бежим, кричим, стреляем. Немцы стреляют, пулеметы строчат, самолеты летают. Шум страшный. Признаться, я первый раз и не разобрал, что к чему. Был приказ, мы исполняли его. Тогда прорыв не удался…

…Уже в августе 1943-го под Полтавой меня ранило – снайпер попал в плечо, я угодил в госпиталь, после которого попал в самоходный артиллерийский полк. Пешком по 40-50 километров в сутки, как пехота, я уже не ходил. Жизнь в танковой дивизии была совсем другая. Да, у нас были американские танки – никудышные, с тонкой броней. Наши ребята боялись в эти танки садиться. Но продукты американские были замечательные. Банки с беконом, рыбная мука из которой варили вкуснейший суп. Шинели выдавали из американского сукна...

…По ночам в танковом корпусе мы разгружали эшелоны с американскими орудиями, снарядами, продовольствием. Они супер проходимые автомобили «Виллисы» нам присылали в ящиках по частям! Нашим оставалось только собрать эти автомобили как конструктор. Но самое главное – замечательные американские «Студебекеры», которые ни в какое сравнение не шли с нашими «Полуторками» и «ЗИС-5»…

…В Восточной Пруссии я действовал уже как наводчик самоходки. Были вокруг Кенигсберга, в самом городе мы не воевали. Перед наступлением на Кенигсберг было серьезное пополнение техникой и людьми. Мы наступали со стороны Гумбиннена, Тильзита. Ночью по шоссе идем на танках со скоростью 50 километров в час. Останавливаемся, а в домах еще немецкие солдаты в кальсонах. Не говоря уж о местных жителях, которые вообще не ждали нас так рано. И мы ели консервы из их подвалов и пили их вино!

…На железнодорожную станцию Тильзит заскакиваем, а от вокзала отошел поезд с пассажирами. Это был поезд с гражданскими и они убегали. Немцы были в панике. Потому что мы научились воевать. Солдат отлавливали в лесах, и они перед нами ползали на коленях и твердили: «Гитлер капут». Это я видел своими глазами.

…Уже после штурма в одном из домов в Кенигсберге я нашел шубу из волка. Взял ее, возил в самоходке. А там и без нее тесно. Выкинул я потом ее…

Михаил (справа) с боевыми товарищами. Фото сделано  после штурма Кенигсберга.

Михаил (справа) с боевыми товарищами. Фото сделано после штурма Кенигсберга.

Фото: из архива героя публикации

Работал страховщиком

- В армии я всего прослужил 30 с лишним лет. Уволился майором в 1973 году, жил в Калининграде. Работал на Советском проспекте в управлении Госстраха. Был инспектором, был старший по кадрам, ездил по области, набирал людей. Проработал там 20 лет. Прошла перестройка и нас распустили. И после этого я уже на пенсии.