Жена калининградского предпринимателя, пораженного инсультом: Мы вместе сможем открыть в городе центр по реабилитации

Игорь Гребенников с женой и сыном.

Фото: из архива «КП».

Инсульт в сорокалетнем возрасте, к сожалению, уже не редкость. Но родные и близкие Игоря Гребенникова никак не ожидали, что удар может случиться именно с ним, здоровым крепким мужчиной.

СТРАШНЫЙ МЕСЯЦ МАЙ

Несчастье пришло в дом Гребенниковых неожиданно, в последние дни весны.

— Это было как будто в кошмаре, вспоминает жена Игоря, Натали Гребенникова. - Сначала все шло, как обычно: мы приехали 29 мая в нашу квартиру в Пионерском, а утром на следующий день мужу вдруг стало плохо. Я позвонила сыну, и он вызвал «скорую». Врачи приехали и поставили диагноз – эпилептический синдром. Потом долгое время не могли понять, кто вынесет мужа к машине, потому что в ней был только пожилой водитель и фельдшер с травмой ноги. Мы вызвали МЧС, но те приехали только через 40 минут. К тому времени я уже уговорила соседа, чтобы он помог донести мужа до машины.

В больнице Пионерского сообщили, что Игоря продержат под капельницей около четырех часов. Врачи ждали стабилизации состояния.

— Через четыре часа мне позвонили и сообщили, что у мужа все-таки развивается инсульт. Необходимо было срочно ехать в Калининград. Но свободной машины в больнице не оказалось, сказали только, что ближайший автомобиль освободится через несколько часов. Я была просто вне себя, совершенно не понимала, что происходит. Состояние было близким к истерике. Глядя на меня, одна женщина из приемного отделения помогла скоординировать машину методом каких-то звонков. В общем, через час мы ехали в Калининград.

У Игоря к тому моменту уже была парализована правая сторона. Натали с 12-летним сыном поехали с ним. Им приходилось держать его на каталке, так как на той не было специальных удерживающих приспособлений.

— В БСМП, куда нас привезли, прием был на общих условиях, нам даже не хотели делать снимок мозга из-за того, что врач посчитал моего мужа слишком крупным. По его словам, аппарат, который делает снимки, рассчитан только на пациентов до 100 кг. Моему сыну кое-как удалось доказать врачам, что вес Игоря – 93 килограмма.

ВРАЧИ СКАЗАЛИ, ЧТО «НИЧЕГО СДЕЛАТЬ НЕЛЬЗЯ»

Диагностика показала, что поражение мозга было очень сильным. Врачи только развели руками со словами «сделать ничего нельзя».

— Я спросила про операцию, но врачи снова сказали, что ничего нельзя сделать. Игоря забрали в реанимацию, а я, совершенно потерянная, металась всю ночь. Тогда же появилась мысль позвонить сестре Александре в Москву.

По счастливой случайности у сестры Натали оказались знакомые в Институте нейрохирургии имени Бурденко. Получилось вызвать в Калининград нейрореаниматолога.

— На тот момент Игорь еще пытался здороваться с врачом за руку, это было вечером 31 мая. После осмотра московский специалист вышел к нам, позвал поговорить в машину. Он сразу сказал, что если у нас есть два с половиной миллиона рублей, полтора из которых нужны на транспортировку частным самолетом, то специалисты попробуют спасти моего мужа. Если бы мы не смогли найти эти деньги, то уже не о чем было сейчас говорить – отек был действительно очень страшным.

Вечером 1-го июня Натали уже переправила Игоря в Москву, в федеральный реабилитационный центр. 2-го июня прошла операция: врачи вскрыли черепную коробку, и им удалось снять давление со ствола мозга.

Натали признается, что сейчас мужу нужна серьезная реабилитация.

Фото: из архива «КП».

— Операция была мерой отчаяния, - глотая слезы рассказывает Натали. – С начала июня Игорь больше не приходил в себя. Сначала у нас был статус «глубокая кома», потом «кома средней тяжести». Уже месяц Игорь в вегетативном состоянии.

Найти какие-то квоты у Натали не получилось, тем временем, содержание мужа в клинике выливалось в крупную сумму: первый месяц стоил больше миллиона рублей, второй – миллион, последний месяц – 770 тысяч. Было решено перевезти Игоря в Калининград, так как его общее состояние стабилизировалось.

— 500 тысяч рублей мне помогли собрать друзья и знакомые. Были даже люди, которые не знали меня лично, но они все равно несли деньги. Сейчас моему мужу нужна довольно длительная реабилитация. Нужно, как говорят врачи, запускать мозг. Необходима обратная связь, нужны движения, постоянные массажи и зарядка. А в Калининграде, как оказалось, нет реабилитационных центров. Тогда у меня возникла мысль на фоне всего произошедшего – открыть реабилитационное отделение или на базе имеющейся клиники, либо еще как-то.

«ГОТОВА СОЗДАВАТЬ ЦЕНТР ЗА СВОИ ДЕНЬГИ»

Открывать такое отделение Натали готова вместе с калининградцами, столкнувшимися с похожими жизненными ситуациями.

— Я уверена, что не одна такая, - говорит Натали. - Я хочу найти людей, заинтересованных в открытии центра. Инсульт – очень серьезная проблема. Есть тяжелые пациенты с черепно-мозговыми травмами. В Калининграде нет реабилитации, а попытаться ее создать нужно, потому что альтернатива у пациента – только смерть. Думаю, у нас получится. Я готова начать за свои средства, хотя их осталось и немного.

Уже после своего рассказа Натали добавляет, что для нее очень важно сохранить семью.

— Мы семья с большой историей, мы дружим с 11 лет, а родителями стали в 16. Сейчас нам по 45, у нас трое детей, трое внуков. В нашей жизни было столько счастья и трудностей, но я хочу продолжать эту историю! И еще: за день до этого страшного случая Игорь как раз вернулся из очередной командировки. Тогда он посвятил младшего сына Назара в свои планы. Тогда он завершил свой монолог словами «у нас все только начинается, мой мальчик».

ВАЖНО!

Если вы хотите поддержать идею Натали Гребенниковой о создании реабилитационного центра, обращайтесь в редакцию «Комсомолки» в Калининграде. Наш телефон: (4012) 99-14-48.