Премия Рунета-2020
Калининград
+15°
Boom metrics
Экономика21 апреля 2016 10:16

«Финский бульдозер» Пекко Вильякайнен: Кризис создает новые возможности? Абсолютно верно!

14-15 апреля на площадке БФУ имени Канта прошел Startup Tour 2016. «На полях» мероприятия «Комсомолка» пообщалась с Пеккой Вильякайненом, финским миллионером, бизнесменом и советником президента Фонда «Сколково» по работе со стартапами

Фото: из архива «КП»

- Господин Вильякайнен, вас называют «финским бульдозером». Слово «бульдозер» в русском языке часто ассоциируется со сносом чего-либо, разрушением, нежели со стройкой. Как вы его интерпретируете?

- Отличный вопрос! Конечно, я не занимаюсь сносом. Почему я получил это прозвище? Бульдозеры выглядят неопрятно, но они продолжают, продолжают и продолжают работать, достигая результата. Они доезжают из точки А в точку Б. Смотреться это может несимпатично, но работа выполнена. И бульдозеры обычно не останавливаются, когда напарываются на первую проблему. Они найдут способ преодолеть ее, иногда уничтожая препятствие на пути. Бульдозер для меня также означает то, что чрезвычайно важно иметь одно направление движения. К примеру, для стартапов. Поэтому я совершенно открыто говорю, оставив в стороне речи об инновациях и науке, что наша работа - генерировать новые рабочие места здесь в Калининграде. Это тоже часть «бульдозерной» метафоры - быть предельно четким, упростить посыл, выбрать направление и следовать ему, подтягивая за собой других.

Когда мы организовали первый «Стартап Тур» несколько лет назад, люди в Москве говорили: «Не идите в регионы. Останемся в Москве, тут лучше. Поездки сложные, плохие отели, плохие дороги, в Якутии - холодные зимы. Зачем ехать?». Но наше решение было правильным, теперь многие видят, зачем мы это делаем. Это и значит быть бульдозером. Не уничтожать, а создавать.

- Говоря о создании. Вы основали свою первую компанию в 13 лет. Как такое возможно?

- Такова реальность. Мои родители были отнюдь не богатыми, абсолютно обычными людьми. Я начал с обучения людей IT. Шел 1985 год. Я нанял водителя на очень старенькой Volvo Amazon в восточной Финляндии. Будучи школьником, по вечерам и выходным проводил IT-курсы. Заработав денег, нанял еще несколько человек и стал заниматься мультимедиа. Потом в 1994 году все взорвалось, в положительном смысле - я организовал первую в мире компанию, занимающуюся интернет-банкингом. Время было подобрано удачно, остальное - история.

- Сейчас мы переживаем как раз сложный момент в истории - кризис. Только ленивый не отметился фразой «кризис - время возможностей». На самом ли деле это справедливо для стартапов?

- Абсолютно! Могу привести тысячи примеров по этому поводу.

- В России?

- Не только в России, но и по всему миру. В кризисные времена люди обычно фокусируются на том, что действительно важно. Когда меньше кислорода, начинаешь дышать по-особенному. Министр экономического развития РФ Алексей Улюкаев был недавно в Хельсинки и рассказал в интервью, что производство еды в России выросло. Россия уже экспортирует мясо - можете себе представить? По экспорту российский мясной бизнес уже сейчас превышает продажу оружия! Так бы никогда не случилось при нефти за сто долларов. Не было бы роста АПК. Россия бы продолжала покупать продукты за нефтедоллары, потому что не было заинтересованности производить их у себя дома. Аналогично со многими технологиями. Когда я делал первый интернет-банкинг в 1994 году, дело было не в том, что я был настолько умен, а в том, что банки в Финляндии были близки к банкротству. В начале 90-х бушевал тяжелый банковский кризис. Банкам пришлось срезать 50 процентов издержек. А я продвигал интернет-банкинг как инструмент обслуживания клиентов с меньшими затратами и новыми технологиями. Это стало возможным исключительно благодаря кризису. Без кризиса у меня бы не получилось. Кризисы реально создают новые возможности. Но, разумеется, это не происходит автоматически. Общество, правительство, университеты, учреждения как «Сколково» должны поддерживать этот процесс.

- Тогда можете привести примеры историй успеха стартапов в России, которым удалось выйти на рынок и стать прибыльными?

- «Сколково» даже книгу целую издало - Made in Russia, «Сделано в России», можете посмотреть на нашем сайте. Год назад в компаниях «Сколково» было занято порядка 8 тысяч человек. Теперь цифра близка к 20 тысячам. Если бы не было прибыли, компании банально не смогли бы нанимать новых людей. Смотрите, «Сколково» больше не выдает гранты за просто так. Отныне всегда компания должна иметь либо частных инвесторов, либо собственную прибыль, а «Сколково» дает 50 процентов. Данная схема создает здоровую экосистему для компаний.

- Статистика «смертности» стартапов ужасает. Приводятся данные, что 90 процентов или 9 из 10 стартапов закрываются после года работы. В чем причины? Что надо сделать, преодолеть эту статистику?

- Вы правы. Зависит от культуры и страны. В американской Кремниевой долине говорят, что и более 90 процентов стартапов могут погибнуть. В США популярная идея: давайте создадим компанию, год попробуем, закроем, создадим новую - это культурный вопрос. Финская культура немножко более... медлительная. (Смеется) Так что в Финляндии смертность стартапов - 80 или даже 65 процентов, то есть гораздо ниже. Про Россию я бы сказал, что 50 процентов стартапов очевидно потерпят неудачу. Таково предназначение - люди учатся, терпят неудачи, основывают новые компании, приобретают не только знания, но и опыт от ошибок, и совершенствуются. Это тоже своего рода часть экосистемы. В случае «Сколково» не скажу точный уровень смертности стартапов, но у нас он ниже 50 процентов, потому что мы проводим очень хорошие экспертизы.

- Наши страны - соседи. Но насколько сильно отличаются стартап-культура в России и Финляндии?

- Различия проглядываются у разных поколений. Если взять 25-летнего предпринимателя в России и 25-летнего предпринимателя в Финляндии и поместить их в одни условия, разница будет невелика. Но если брать их родителей, то у многих сохраняется советское мышление, в голове отсутствует предпринимательская модель - здесь-то как раз большая разница. Разница также есть в том, насколько сильно вы доверяете друг другу. Предпринимательству нужно доверие. Если будете постоянно подозревать, что кто-то у вас украдет, сворует вашу идею, акционер вас обманет - очень сложно будет что-либо быстро создать. Поэтому в менталитете самое важное - способность доверять. У русских, может быть, не столь хорошо идет маркетинг и промоушен, но они очень хорошие инженеры. И последние - бывает, что в России люди немного побаиваются заниматься экспансией на внешние рынки.

- Санкции вас беспокоят?

- Определенно, я бы хотел, чтобы вообще никаких санкций не было. Но должен сказать, что на бизнес стартапов, на предпринимательство санкции влияют крайне мало. В американских и европейских санкциях даже прямо прописано, что они не касаются науки, университетов и стартапов.

- Когда «Сколково» создавалось, была мечта о «русской Кремниевой долине». Прошло шесть-семь лет. Долго осталось ждать?

- На создание надлежащей экосистемы в Калифорнии ушло 50-60 лет. Не думаю, что в России когда-нибудь появится копия Кремниевой долины. Аналогично нельзя создать Кремниевую долину в Лондоне или Хельсинки. Это уникальная вещь. Однако можно привнести ее элементы, такие как Сколковский институт науки и технологий - Сколтех - Школа управления «Сколково», наш технопарк. В Start Up Village 2-3 июня будет задействовано почти 15 тысяч человек. Именно так начинается понимание, что же означает Кремниевая долина - свободна предпринимательства, сотрудничество и обмен информацией между компаниями.

- В Калининградской области есть амбициозные планы развития технопарков, индустриальных и промышленных зон. Сможет ли наш регион конкурировать с другими российскими технопарками?

- На мой взгляд, не столь важно строить какие-то огромные здания - порой технопарки воспринимаются как некие массовые стройки. Технопарк будет отличным только при наличии плана, как инфраструктура будет использоваться любым преподавателем калининградского университета, организацией или сетью бизнесменов. Требуется видение, что технопарк - это не всего лишь какая-то недвижимость или девелоперский проект, а платформа, куда придут предприниматели и встретятся друг с другом. Тогда будет успех. Конечно, Калининград сможет стать конкурентоспособным. Но начинать надо с понимания правильной тактики того, все вузы, организации и бизнесмены будут строить предпринимательское сообщество – «коммьюнити» в регионе. Не по приказу, а на началах добровольной кооперации. Тогда уже можно будет пользоваться зданием технопарка как платформой.