Русские жители тевтонского замка: Мы тут как на "Титанике", который все никак не затонет

Замок Таплакен построен в XIV веке.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

Поселок Талпаки большинство калининградцев знает, только как родину знаменитых чебуреков. Останавливаться тут по дороге в Гусев, Черняховск или Советск стало для многих семейной традицией. Лишь краеведы и дотошные туристы-дикари обращали внимание на жизнь поселка с противоположной стороны федеральной трассы. А там, собственно, в зарослях кустарника спрятана главная достопримечательность – орденский замок Таплакен, в котором до сих пор живут люди. Да-да, есть в Калининградской области такие граждане, которым посчастливилось поселиться в настоящей средневековой крепости. Правда, счастливчиками они себя отнюдь не считают. Дело в том, что удобства там от средневековых почти не отличаются, если не считать электричества и интернета.

Недавно о замке и его обитателях сделал фоторепортаж один популярный московский блогер. Репортаж мигом разлетелся по социальным сетям и получил широкий резонанс. Видимо, жизнь в средневековом замке россияне представляют себе в несколько другом ключе. Ну, там принцессы, благородные рыцари, поединки на ристалище за право обладать подвязкой прекрасной дамы… Но в Талпаках все увидели бельевые веревки, висящие на них трусы, грязь, потолки, грозящие обрушиться, кучу детей, живущих без водопровода и канализации. «Комсомолка» решила съездить в Талпаки, чтобы проверить, не соврал ли московский турист.

Мать шестерых детей и ванна без канализации

Еще на подходе к замку немногочисленных туристов, которые, как говорят местные, время от времени сюда наведываются, встречают широченные лужи. Прямо на краю одной из таких луж вкопана в землю табличка с исторической справкой, а за табличкой натянута бельевая веревка со штанами-рубашками. Слева – огород, прямо – несколько сараев, охраняет которые целая свора побитых жизнью собак. Рядом – флигель замка, в котором живет несколько семей.

Вера Кривошеина с дочками у подъезда.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- А у нас все спят, куда это вы? – кричит с крыльца босоногий пацан в растянутой майке.

Смотрю на часы – без пятнадцати одиннадцать. В Калининграде в это время какой-нибудь клерк уже думает пойти на обед.

- А еще взрослые есть? – спрашиваю.

- Дашка есть, ей тринадцать, - уже прячась за дверь, отвечает пацан.

Дарья выходит на лестницу с веником в руках и сразу понимает, в чем дело – снова журналисты приехали.

- Сейчас я мамку позову, она до магазина пошла, - ставит в угол веник Дарья.

Минуты через две приходит Вера Кривошеина, мать шестерых детей, на которой держится все хозяйство. Вера уже не в первый раз общается с прессой, поэтому сразу переходит к делу, рассказывая историю своей семьи: муж – «в свободном плавании», то есть Вера выгнала его из дома за пьянство, старший сын – учится в университете, младший – еще и в садик не пошел.

Вера Кривошеина с младшим сыном.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- На алименты подано, но откуда деньги у того, кто гуляет и не работает? – строго говорит Вера. – У меня шесть замечательных беспроблемных детей, только вот с мужем не повезло.

Ремонт Вера Кривошеина успела сделать до 2007 года, то есть до того, как замок признали памятником истории и культуры. Теперь же, по ее словам, чиновники делать ничего не разрешают: нельзя провести газ, воду и канализацию. Поэтому в туалет все по очереди ходят в сколоченную из досок будку, моются в ванной, воду для которой сначала носят из колодца, а потом греют на электрической плитке, а еду готовят так же, как греют воду.

- Даша, а ну-ка неси сюда свое портфолио! – командует Вера после своего короткого рассказа.

- Мам, ну мне надоело уже, - подает из соседней комнаты голос старшеклассница, но через минуту протягивает толстую папку дипломов.

- Мало того, что круглая отличница, так еще и на олимпиадах первые места занимает, - с гордостью произносит Вера. - Вот, например, сертификат с конкурса «Родное слово» - первое место в школе и четвертое по стране.

Даша краснеет и прячется в своей комнате.

«Нельзя даже яму помойную вырыть»

С первого этажа доносятся голоса – соседи проснулись. Надо сказать, что ни одного пьющего жителя в замке нет, и населяют его, в основном, женщины. И вот на лестнице появляется Елена Белкина, приехавшая сюда в 1992 году в пятилетнем возрасте из Узбекистана. Сейчас она мать-одиночка – в Талпаках это нередкость.

Замковый уют.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Мы сюда перебрались не сразу. Сначала жили в Чистополье, где было еще хуже. Знакомый родителей помог сюда переехать – поближе к цивилизации, - рассказывает Белкина, пока ее сын, выглядывая из-под одеяла, играет в компьютерную игру. – Жить мы тут хотели временно, но получилось надолго. Как в 1992 году тут все было, так все и осталось. Ни водопровода, ни других удобств. А у нас ведь, кроме всего прочего, бабушка живет, она, кстати, ветеран труда – пятьдесят лет на стройке отпахала, а теперь ходить не может.

Елена надевает тапочки и зовет на экскурсию: «Пойдемте, я вам кухню с ванной покажу!»

Перед входом на кухню стоят ведра с помоями – их тоже приходится выносить, как и воду из ванной.

Так выглядит в квартире.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Мы хотели яму вырыть для того, чтобы отходы туда выплескивать, так нам запретили – памятник, говорят, - рассказывает Белкина. – В сторону рва выплескивать тоже ничего нельзя – там федеральная трасса. А куда нам это девать? Вот и льем по кустам.

Кстати, у Белкиной был настоящий замковый туалет, - то есть внутри здания, им еще тевтонские рыцари пользовались, вероятно, - но вода из него перестала уходить уже давно, и туалет сейчас не работает. Зато есть газовая плита. Ванная у Елены точно такая же, как и у Веры. Носить воду, греть ее и выливать ведрами. Только так.

Бабушка Елены Белкиной - ветеран труда.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Чувствуете принцессой себя? Вы же в замке живете, - спрашиваю Белкину.

- Скорее, как на «Титанике» себя чувствую, который все никак затонуть не может, - смеется мать-одиночка.

Сосед-депутат

Кому-то это может показаться смешным или невероятным, но в соседнем подъезде замка точно в таких же условиях живет районный депутат Александр Бадеев. Его дед Иван был одним из первых переселенцев в тогда еще Кёнигсбергскую область, а бабушка побывала в немецком плену. Бадеева на месте не было – уезжал на работу, зато поговорить по телефону Александр не отказался, более того – рассказал все и про всех. Депутаты ведь многое знают.

Подъезд депутата Бадеева.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Так. По поводу многодетной Кривошеиной. К ней приходили из администрации. В данный момент ей ищут пригодное жилье, вроде как, в Комсомольске (небольшой поселок на старой трассе Калининград – Москва – Ред.), - начинает перечисление Бадеев. - В этом доме она не зарегистрирована: жила раньше у брата, а тот под машину попал. Белкина, вроде как, хотела встать за жильем в очередь как мать-одиночка. Чем дело увенчалось – пока не в курсе.

- Ну а про себя-то расскажите, вы ведь точно так же, как все живете, - перебиваю депутата.

- Дед мой тут жил с 1946-го года, а потом и мы с отцом перебрались из Черняховского района. Сам я в замке 29 лет живу. Срок, - говорит Бадеев.

Удобства во дворе.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Ну и как, вас все устраивает?

- Естественно, нет. Как меня может устраивать, когда второй этаж разваливается, да и дом горел только на моей памяти раз 30? Я в прошлом году летом в семь утра проснулся – соседи горят. Топором стену пробивал на втором этаже и детей за шкирку вытаскивал в эту дырку, а потом и угоревших родителей.

- А другое жилье не хотите подыскать?

- Послушайте, если бы у меня были на это средства, я бы жилье давно уже нашел, - с ходу удивляет депутат. – Средств нет ни у соседей, ни у меня. Снимать квартиру я тоже не могу себе позволить.

О самом замке депутат тоже думает. По его словам, если б в нем не жили люди, здание бы давным-давно развалилось.

- Хотелось бы, чтобы собственник, РПЦ, я имею в виду, о здании позаботился и в божеский вид его привел, - говорит Бадеев. – Понятно, что там затраты большие, но мы с муниципалитетом не можем деньги тратить даже на электропроводку или ремонт крыши, потому что собственник есть. Пока же либо мы сами как-то ковыряемся, иначе сгорим или нам на голову польется. В 2012 году церкви замок передали, приезжал к нам какой-то священник один раз, но больше мы никого никогда оттуда не видели.

Живописные руины.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

Уезжали мы из тевтонского замка, как вы понимаете, в удрученном настроении. Перспектив у обитателей древней твердыни на горизонте не просматривалось. С новым жильем проблемы, с собственником, то есть Русской православной церковью, получается, тоже. Замок РПЦ получила, но ни копейки ни в реставрацию объекта, ни в расселение жильцов не вложила. Поэтому средневековые условия жизни для нескольких несчатных семей – это надолго. Можно, конечно, утешать себя мыслью, что живешь в памятнике, но, когда туалет во дворе, а, чтобы помыть детей, нужно несколько часов греть воду в ванне, это слабое утешение.

ЗВОНОК ЭКСПЕРТУ

Сразу после войны почти все замки были жилыми

Главный архивист Государственного архива Калининградской области Анатолий Бахтин напоминает, что практически в каждом замке Калининградской области сразу после войны жили люди.

- Из замков, в которых жили первые советские жители Калининградской области, могу вспомнить Шаакен, Инстербург, Георгенбург, Брандендург, ну и Таплакен, конечно. В Вальдау еще общежитие было. Сейчас жилым остался только Таплакен. Часть помещений первые советские переселенцы использовали в замке Прёйсиш-Эйлау в Багратионовске. В Гердауэне (поселок Железнодорожный) в одной из построек замка была ветлечебница. Замок Лабиау (Полесск) сразу после войны стал тюрьмой, но в 60-х его отдали заводу «Янтарь». Сейчас там тоже кто-то помещения арендует. В замке Лаукен (поселок Саранское) сегодня еще работает школа, которая там с первых послевоенных лет. Надо сказать, что и немцы многие замки сдавали в аренду и использовали как жилье. Тот же Таплакен сдавался одному из семейств до самого конца войны.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

В 1336 году по указанию маршала Тевтонского ордена Генриха Дуземера фон Арфберга была основана деревянно-земляная крепость Таплакен. Через сорок лет ее захватил и сжег дотла литовский князь Кейстут со своим войском. Во второй половине XIV века Таплакен, отстроенный уже в камне, стал центром каммерамта (низовая территориальная административная единица Тевтонского ордена – Ред.). После секуляризации Тевтонского ордена в 1525 году замок Таплакен стал герцогским доменом, в 1530 году был частично перестроен. В XVIII веке Таплакен получил статус центра амта (эквивалент округа – Ред.), в нем также располагалась почтовая служба. Позже замок сдавался арендаторам. До конца Великой Отечественной войны замок «прошел по рукам» трех поколений семейства Шмидтке. Последним немецким арендатором стал Дитрих Шмидтке. После войны, в 1946 году, в уже поврежденный и частично сгоревший замок въехали первые советские переселенцы. С 2012 года замок принадлежит Русской православной церкви.