«Собственник погорячился»: Как и почему снесли здание бывшего лицея имени Гёте в Калининграде

Старинного здания на улице Томской больше нет.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

В истории с противостоянием общественности и собственника дома №21 на улице Томской (то самое бывшее здание оберлицея имени Гёте) поставлена точка. Как обычно, сделал это сам собственник, имя которого вице-премьер правительства области Гарри Гольдман, встретившийся с журналистами в понедельник 22 января, называть не стал.

Но о Гольдмане и его мнении чуть ниже. Сейчас же напомним о последних событиях. В пятницу 19 января активисты, собиравшиеся защитить здание от сноса, заметили на Томской строительную технику. По их словам, рядом крутились рабочие, но к сносу никто не приступал. Все, как будто, ждали звонка. Ранее, 15 января собственник предпринял уже вторую попытку сноса, но вице-премьер Гольдман приехал на объект и потребовал остановить все до пятницы, когда, якобы, будет официальное решение: сносить или начать новый процесс по признанию здания объектом культурного наследия. К слову, на тот момент было уже уничтожено примерно 20 процентов постройки. В итоге, все получили передышку, а активисты еще и надежду на справедливый исход этой истории. Но не тут-то было!

В субботу утром все повторилось. Экскаваторщик свое дело знал хорошо, и работал быстро. При этом, по замечанию активистов, участок не был огорожен и кирпич сыпался в соседний двор и на проезжую часть. А вот в правительстве области (в том числе и в инстаграме губернатора Антона Алиханова) было тихо. После нескольких звонков на место приехала только полиция, которая, кроме сочувствия, ничем не помогла.

В половину второго рухнул главный фасад. Как раз в это время на месте появился руководитель службы охраны объектов культурного наследия Евгений Маслов. Последив за демонтажем в течение часа, чиновник уехал, бросив обреченно:

- Они же обещали не ломать!..

Дальше в дело вступило правительство области, которое в очередной раз потребовало приостановить снос и дождаться понедельника, но на собственника это не подействовало. Работы продолжились и в воскресенье. Вечером, когда от дома оставался только первый этаж, через строительный забор прорвалась кандидат в президенты России Ксения Собчак вместе с журналистами и сотрудниками своего штаба. Постучавшись в дверь экскаватора, она отпустила водителя по имени Андрей домой под общие аплодисменты (кстати, водитель тоже доволен – он и зарплату получит, и видео с телефона в интернет выложит).

Гарри Гольдман и Евгений Маслов.

Фото: Иван МАРКОВ. Перейти в Фотобанк КП

Ну а теперь самое интересное. В понедельник, 22 января, Гарри Гольдман собрал в правительстве области журналистов, чтобы объявить им что-то важное по поводу здания на Томской. Никто еще не знал, что Гарри Митевич просто проспал все новости, и даже не был в курсе визита Собчак на стройплощадку.

- Мы разбирались в пятницу, буквально уже в ночь вышли, - рассказал Гольдман о работе с документами, связанными со зданием. - У нас была комиссия, которую мы в половину одиннадцатого закончили. Соответственно, мы позвонили и попросили собственника прийти в понедельник, чтобы сообщить ему результаты. Но вот собственник у нас погорячился. Начал он в субботу, потом демонтаж приостановил.

- Он не приостанавливал демонтаж, - возразили журналисты. – Демонтаж шел все выходные.

- Нет, - не поверил Гольдман.

- У нас есть и видео, и фото. От здания уже ничего не осталось, - ответили журналисты.

- В воскресенье тоже, вы хотите сказать? – деланно удивился Гольдман.

- Там же Ксения Анатольевна бросалась под экскаватор, - напомнила пресса.

- Это все было в субботу, - не хотел верить вице-премьер.

- Нет, это было в воскресенье. Все выходные они работали, - не унимались журналисты.

- Ну, это тоже право собственника было, - ответил чиновник.

Тут изумленные журналисты решили узнать, а что бы случилось, если бы в правительстве решили, что дом надо восстановить и сделать объектом культурного наследия.

- Если бы наше решение было другим, то тогда у нас был бы приказ о включении объекта в объекты культурного наследия, - неуверенно произнес вице-премер.

- А там же нечего включать, - еще больше удивились журналисты.

- Тогда была бы уголовная ответственность за разборку объекта культурного наследия. Была бы совсем другая история. У нас есть возможность руины поставить на учет, - мечтательно ответил Гольдман.

Тут же Гарри Митевич заметил, что в регионе еще примерно 3000 потенциальных памятников архитектуры, которые надо ставить на учет.

- Вот мы сейчас чуть-чуть напряжемся и эти 3000 поставим на учет, - уже весело сообщил Гольдман.

- А сколько из них за это время снесут? – снова напала пресса.

- Хороший риторический вопрос, - невинно улыбнулся чиновник.

Что же касается будущего земельного участка, на котором стоял бывший лицей, то предназначен он под среднеэтажную жилую застройку. А это, кстати, не исключает появления 7-8-этажного здания. Хотя Гарри Гольдман в понедельник заявил, что выше пяти этажей тут ничего не будет.

Итак, теперь вывод из этой невеселой, но очень поучительной истории. Собственник любого здания может сделать с ним все, что угодно. Нравится это калининградцам или нет, власти города и области с этим абсолютно ничего сделать не смогут. Теперь же остается подумать о том, какой потенциальный памятник отправится на разборку следующим. Кстати, следующим в списке может оказаться Дом пожарных на Литовском валу (угловое здание на пересечении с Московским проспектом). Интересно то, что владеет им правительство области.

ЕСТЬ МНЕНИЕ

Плевать на историю: Как сносят остатки старого Калининграда

Я живу в Калининграде с 1980 года, фактически всю жизнь. Последние пару десятилетий внимательно слежу, что происходит в городе. И по работе и вообще. Обращаю внимание на одну важную, как мне кажется, вещь: насколько город становится удобнее для горожан и привлекательнее для туристов.

Здесь все непросто. С одной стороны, город совершил неплохой рывок в плане благоустройства (новые набережные, отремонтированные фасады, даже ливневка кое-где), с другой – Калининград стремительно летит в бездну. Во всем, что касается сохранения культурного наследия, творится полный беспредел (читайте далее).