2018-06-14T16:20:07+03:00

Автостопом от Казбека до Калининграда: Суровый город Волгоград, кинотеатр в «Мерседесе» и ночь на трассе

Как корреспондент «Комсомолки» проехал на перекладных пол-России
Корреспондент "КП" на окраине Волгограда.Корреспондент "КП" на окраине Волгограда.Фото: Иван МАРКОВ
Изменить размер текста:

Продолжение. Начало читайте ЗДЕСЬ. Корреспондент Иван Марков с молодой женой медовый месяц провели в Грузии, а возвращаться в Калининграда решили на попутных машинах. Путь лежал через Северную Осетию, затем молодожены оказались в Пятигорске, где совершили восхождение на воспетую Лермонтовым гору Машук. После этого путь лежал через бескрайние степи Калмыкии...

"Жена переживает, что грохнут меня"

Знакомство с Волгоградом у нас началось еще за 300 километров до него, когда на окраине Элисты нас подхватил волгоградский дальнобойщик Антон - огромный и суровый, как и его родной город-герой. Для завершенности Антону не хватало только тельняшки и автомата ППШ. Зато в наличии были камуфляжные штаны, в кулачищах он сжимал руль, а голова водилы от скульптуры Вучетича «Стоять насмерть» отличалась только стрижкой под ноль ( зато выражение лица было точь-в-точь). Наш рассказ о поездке в Грузию Антон выслушал молча, но в конце резюмировал:

- Да загнутся они без России, вот увидите. А вас там в Калининграде поляки с литовцами не зажимают?

Услышав отрицательный ответ, недоверчиво прищурился, но спорить не стал. Пока Таня спала, положив голову на рюкзак, мы еще долго спорили о судьбе страны. Антон увлеченно рассказывал о войне и Сталинградской битве - выяснилось, что его предки тоже сложили головы на берегах Волги. Потом, конечно, разговор перешел на блок НАТО и «западных партнеров». Когда в кармане военных штанов зазвонил телефон, здоровяк внезапно смягчился:

- Светку уложила? Давай, Наташ, через часик буду. Да не, не скучно, я тут попутчиков взял. Да, помню, что обещал тебе не брать никого. Но, блин, они в степи ночью стояли, нормальные ребята, не наркоманы, не боись.

Положив трубку, улыбнулся:

– Жена переживает, что грохнут меня.

Во втором часу ночи мы уже проезжали мимо Мамаева кургана, на вершине которого стояла подсвеченная во весь рост «Родина-Мать». Тут Антон вновь посерьезнел.

- Смотри, Иван, это главная высота нашей Родины! – отчеканил он.

Напротив поблескивал новенький стадион, построенный к ЧМ-2018. Власти города, вероятно, решили, что с юга все равно никто на матчи мундиаля не поедет, поэтому дороги отремонтировали только со стороны Москвы и Воронежа. Во время дальнейшего пути мы выслушали кучу баек от дальнобойщиков из Брянска и Воронежа о знаменитых волгоградских колдобинах. Многие даже от рейсов в этом направлении отказываются, «чтобы подвеску не ушатать».

Родина-мать - главный памятник России. Фото: Иван МАРКОВ

Родина-мать - главный памятник России.Фото: Иван МАРКОВ

Четыре часа пешком по жаре

До адреса нашей ночевки в Волжском (город-спутник Волгограда) оставалось 26 километров. Первый же таксист, которого мы разбудили, постучав по крыше, великодушно включил счетчик только в середине пути.

- Я автостопом тоже раньше ездил, круто было, - тараторил он. – Если б не рабочая машина, я бы вас вообще бесплатно довез. Вам повезло, что на меня нарвались, ночью в Волжский мало кто ехать соглашается.

Таксиста не смущало, что на разбитой дороге по разделяющей два города дамбе у его машины, казалось, в любую минуту готовы были отвалиться колеса. В пути он открыл окно и вдыхал ароматы сирени и акаций.

- Чувствуете, какая атмосфера! Волжский - это не степь, это оазис!

Ночевка у друзей - и мы снова на ногах. В местной маршрутке удивляемся тройному ценнику, зависящему от расстояния поездки: 20, 40 или 60 рублей. Изнуренные жарой пассажиры выглядели суровыми. После осмотра Мамаева кургана (это действительно одно из российских чудес!) мы снова тряслись в маршрутке в сторону окружной дороги. Такие же хмурые пассажиры не понимали, зачем нам нужна трасса на Воронеж, и пытались объяснить, как проехать на вокзал. Стало ясно, что автостоп здесь – не самый популярный способ передвижения.

Мы долго простояли у конечной остановки автобуса на 36-градусной жаре, потом не выдержали и двинулись пешком вдоль шоссе за город. В итоге, только четыре часа спустя, когда почти стемнело, перед нами, пыльными и злыми, притормозил блестящий «Мерседес».

Как разрешился вековой кавказский спор

За рулем иномарки сидел армянин лет пятидесяти:

- Багажник забит, у меня племянница в Москве рожает, везу ей вот это все. Так что, рюкзаки ваши на руках держите. Меня Самвел зовут.

По дороге Самвел принялся расспрашивать, откуда мы, и что нас вынудило выйти на дорогу.

- Вы бог знает сколько могли простоять. Волгоград – бандитский город, у нас никто никому не верит. А от вас и не пахнет путешествием что-то. Я тут недавно двух девчонок подвозил, тоже откуда-то с Кавказа ехали - разило страшно от обеих. Чувствую, дышать уже не могу, все окна открыл, жуть!

Дальше наш водитель начал типичный спор, кто круче - армяне или грузины. В Грузии мы ознакомились с одной точкой зрения на этот вопрос, теперь для полноты картины внимали противоположному мнению. И тут я на свою голову вспомнил, как один грузин в придорожной кафешке поселка Степанцминда травил анекдоты про армян.

- Ну-ка, давай, рассказывай, что они там про нас говорят! – тут же потребовал Самвел.

- Он спросил, почему армяне не играют в баскетбол.

- Ну и почему? Носы что ли мешают? – заерзал в кресле водитель.

- Он сказал, что нормальный армянин ничего своего в чужую корзину не положит, - отвечаю я и замечаю, что анекдот Самвелу не понравился. Он было принялся перебирать анекдоты от армянского радио про грузин, но ничего особо обидного вспомнить не смог.

- Слушай, Иван, а вообще эта тема древняя, как Кавказ, - вдруг развеселился Самвел. - Вот Данелия, который режиссер, не зря в «Мимино» армянина с грузином подружил. Хочешь, посмотрим? У меня там под сиденьем маленький телевизор есть.

В итоге почти до самого Борисоглебска, где наши дороги расходились, мы хохотали над приключениями вертолетчика из Телави и шофера из Дилижана.

Ночью в Карачане было не жарко. Фото: Иван МАРКОВ

Ночью в Карачане было не жарко.Фото: Иван МАРКОВ

Ожидание под трели соловьев

В час ночи на пустынной автотрассе сразу стало не до смеха. Подсвечивая дорогу мобильным телефоном, мы побрели в сторону одинокого фонаря у автобусной остановки. Мимо пролетели три фуры, и снова стало до жути тихо.

- Похоже, мы приехали, - сказала Таня, поглядывая на часы. – Что делать будем?

- Засекай время, минут десять - и поймаю машину! - решил я подбодрить супругу.

На мое счастье, так и вышло.

- А я со Дня города из Борисоглебска еду, - сообщил парень в спортивном костюме, с улыбкой глядя на наши сонные лица. - Недалеко, правда, в Верхний Карачан, но все лучше, чем в лесу стоять.

До Карачана мы долетели пулей.

- Чайку, может? Я все равно не сразу усну, - подмигнул водитель.

- Спасибо, но у нас график, - кивая на клюющую носом Таню, ответил я. – Тем более, нас в Воронеже ждут, мы сегодня обещались.

Парень расхохотался. Мы еще не знали, что проведем здесь почти полтора часа.

То, что дело неладно, поняли, когда наткнулись на стоянку дальнобойщиков в самом центре поселка. Водители спали, зашторив кабины, кое-где из окон торчали немытые пятки. Время от времени рядом останавливалась очередная фура и сразу гасила фары. Зато соловьи выводили такие трели, что минут двадцать это немного отвлекало от безнадежности нашего положения.

- Похоже, мы все-таки тут ночуем, а у нас спальника нет, - всхлипнула Таня.

- Зато палатка есть. Поставим ее, в вещи зароемся. Соловьи опять же – романтика!

Но жену, похоже, такая романтика не устраивала. Тем более, метрах в тридцати притормозил пьяный подросток на разбитом «Минске», прислонил мотоцикл к забору, расстегнул штаны, не стесняясь девушки, отлил, и продолжил путь в сторону Борисоглебска.

Когда надежды на попутки не осталось, я вытащил палатку, но из-за угла внезапно блеснули фары.

- Вот смотри, этот точно остановится, - крикнул я Тане и встал в колдовскую позу. – Заклинаю тебя! Забери нас!

Заскрипели тормоза, и фура с примотанным изолентой зеркалом заднего вида, подняв облако пыли, встала. Это была наша первая ночь, полностью проведенная в дороге.

Продолжение ЗДЕСЬ.

 
Читайте также