2019-08-01T18:32:09+03:00

От чудовищных головных болей Маша теряет сознание

А еще у 17-летней калининградки стремительно ухудшается зрение. Но врачи пока не могут поставить точный диагноз
Когда-то девушка подавала надежды в спорте, но теперь вынуждена ограничиваться музицированием.Когда-то девушка подавала надежды в спорте, но теперь вынуждена ограничиваться музицированием.Фото: Надежда РЖЕВСКАЯ
Изменить размер текста:

Теплицы, пасека и ферма

Большая семья Карпухиных живет в глубине Черняховского района – на окраине маленького поселка Родниково. Татьяна, мама восьмерых детей, не скрывает своего адреса.

- Пусть люди знают, где мы живем, - говорит женщина. - Вдруг кто-то захочет нам помочь. У нас трудная ситуация. Все деньги, которые появляются в семье благодаря натуральному хозяйству, идут на то, чтобы отвезти Машу в Москву, на очередной этап лечения. Я получаю две пенсии – по потери кормильца после смерти мужа и по уходу за Машей. Вот и весь доход. Из моих детей трое пока несовершеннолетние. Две студентки: одна дочь учится на врача, вторая – на учителя. У двух старших уже свои семьи, дети, еще один сын закончил школу и сейчас работает. О нашей ситуации власти и Черняховска, и Калининградской области знают. Нам помогают, чем могут.

Татьяна показывает свое хозяйство. Огромные теплицы, где семья выращивает огурцы и помидоры.

- Вот здесь мы и работаем. Дети и я. Есть многодетные семьи в Калининграде, которые с удовольствием покупают у нас урожай, знают, что мы никакой химией не обрабатываем. Погружаю в свою старенькую машинку ящики и везу сама в Калининград по адресам. И каждый раз молюсь, чтобы машина не развилась на ходу.

Есть у Карпухиных и пасека.

- Муж мой ей занимался, а еще мебель хорошо делал, - говорит Татьяна. – Мальчишки теперь отцовские дела продолжают. И пасека на них, и если в дом зайдете, увидите, что многое из обстановки сделано руками сыновей. Были козы, но я и их продала, когда нужно было Машу в Москву везти.

Между столицей и домом

Татьяна рассказывает, что 19 августа им с Машей нужно быть в Национальном медицинском исследовательском центре глазных болезней имени Гельмгольца.

- Мы записаны на лечение. Обратились в благотворительный фонд «Берег надежды», там уже собрали 100 тысяч рублей - на дорогу, на лечение, на консультации. И мы очень благодарны людям за помощь. Мы лечимся постоянно, чтобы не запускать болезнь. Вот весь июнь и часть июля Маша была в Москве. Сначала лежала в университетской детской клинической больнице Сеченовского университета. Три недели. Я с ней неделю побыла и уехала домой. Потому что тут дети одни. Я с ней в Москве, а у меня душа и за других детей болит. У нас ведь нет родственников, помочь некому. Приеду домой, сердце рвется на части – как там Маша одна? Боюсь, что упадет, боюсь, что станет хуже, а никого рядом не будет. Взяла направление в Гельмгольца. Поехала в Москву. Когда глаза лечим, Машу в больницу не кладут. Живем у знакомых, чтобы экономить деньги. Но и тех, что у нас есть, как правило, не всегда хватает на метро и еду.

«Тяжелее всех переживала смерть отца»

Глава семьи внезапно скончался в 2012 году. Татьяна осталась одна с восьмью несовершеннолетними детьми.

- Уход папы все они переживали тяжело, но сильнее всех смерть отца сказалась на нашей Маше, - вспоминает Татьяна. – Сначала она пожаловалась, что с четвертой парты ей плохо видно доску, ее пересадили ближе. А вскоре сказала, что не видит уже с первой парты. Смотрю, ей все хуже и хуже. Потом начались сильные головные боли. В Калининграде мы наблюдались до 2016 года. А уже в начале 2016-го поехали в Москву, искать спасения у федеральных врачей.

К тому моменту Маша из-за головных болей начала падать в обмороки.

- В школе об этом знали и одноклассники, и учителя. Одна учительница мне говорит: мол, иду за Машей по коридору, вижу, она качается, идет неуверенно. Спрашиваю: «Маша, ты в порядке?». Она оборачивается, улыбается и теряет сознание… Маша всегда с улыбкой на лице, это удивительный человек. Ей больно, страшно, она почти отключается, но все равно будет улыбаться. Хорошо, если успеют подхватить. А был случай, когда она около школы упала и ударилась головой о бетонный бордюр. Увезли в нейрохирругию БСМП, врачи опасались кровоизлияния в мозг. Но обошлось.

В этом году Маша закончила школу, успешно сдав все обязательные ЕГЭ. Но учиться дальше не пошла – слишком много неясностей со здоровьем.

Не так давно в одном из федеральных медцентров семья выложила 18 тысяч рублей, чтобы убедиться, есть эпилепсия или нет. Обследование показало, что диагноз этот к Маше не имеет никакого отношения. Но тогда от чего бывают судороги? Пока врачи говорят, что от сильных… нет, чудовищно сильных головных болей.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

«Моя отдушина – это музыка»

- Я все время принимаю лекарства, но если начинает болеть голова… Да, это очень тяжелое состояние, - призналась Маша Карпухина. – Дома свободно передвигаюсь, потому что знаю каждый уголок. Раньше занималась стрельбой, плаваньем, у меня это здорово получалось. Но физические нагрузки сейчас запрещены. В очках долго не могу находиться, чтобы не провоцировать головную боль. Моя отдушина – музыка. Играю на фано. И мне это занятие очень-очень нравится. Моя поддержка – это моя семья, и я вижу, как близкие стараются сделать все, чтобы найти правильное лечение для меня. Как же хочется победить болезнь!

ВАЖНО

Как помочь Маше Карпухиной

Можно перевести средства, зайдя на страничку Маши Карпухиной на сайте благотворительного фонда «Берег надежды»

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также