Звезды28 мая 2021 12:58

Зачем пьесу Островского перевели на английский, потом обратно на русский

Новый худрук Александр Федоренко рассказал о том, как и ради кого меняется Калининградский драмтеатр
Александр Федоренко рассчитывает, что новые постановки помогут привлечь в театр более молодую аудиторию.

Александр Федоренко рассчитывает, что новые постановки помогут привлечь в театр более молодую аудиторию.

Фото: Александр КАТЕРУША

«О нас узнали в России»

Александр Федоренко стал худруком после ухода из жизни Михаила Андреева, который возглавлял Калининградский областной драмтеатр много лет. Сегодня Федоренко признается, что в должности чувствует себя органично, ему нравится сочетать руководство и творчество.

- В Калининградском драмтеатре я впервые появился в 2007 году в качестве обычного актера и думал, что буду актером всю свою жизнь.. Мы тогда переехали с женой из Казахстана. Надо было как-то зарабатывать, иметь официальную зарплату, чтобы получить ипотеку. Я стал начальником монтировочного цеха, потом заведующим художественно-постановочной частью. Михаил Анатольевич заметил меня, сказал: «Иди, учись дальше», и отправил в ГИТИС, на продюсерский факультет. Как заместитель худрука я отвечал за выпуск спектаклей, за техническую составляющую. Это была дополнительная ответственность, у меня было право подписей и решений, я курировал малую сцену, на которой ставили экспериментальную современную драматургию. В 2019 году мне поступило предложение уехать на руководящую должность в другой регион. Помешал коронавирус, была ответственность за калининградский театр, в пандемию бросать его я не хотел.

- Как труппа пережила уход Михаила Андреева?

- Тяжело. Весну мы прошли легко, заболевших в коллективе не было. Сидели в изоляции. А когда разрешили работать, все так просто к этому отнеслись. И начали болеть повально. Приходилось искать срочно замены, чтобы не отменять спектакли. Заболел и Михаил Анатольевич. Все случилось быстро, его не стало. Никто не ожидал.

Михаил Анатольевич научил меня работать в команде и не бояться брать на себя ответственность. Мы все обсуждали, каждый проект обговаривали. Если были сомнения, пытались решить. Был нашумевший проект «Черная кошка, белый кот» по фильму Эмира Кустурицы. Этот спектакль в 2020-м вошел в лонглист театральной премии «Золотая маска». Для театра это важно. О нас заговорили в России. А ведь даже когда я в 2011 году учился в Москве, о калининградском театре никто не знал. Сейчас это не так. Мы участвуем в обменных гастролях, в федеральных гастрольных программах. Это была заслуга Михаила Анатольевича. До него театр и на гастроли-то не выезжал. Он пришел, и спустя полгода мы стали везде ездить. В сентябре отправимся в Екатеринбург.

Обнаженные на сцене

- Говорили о драмтеатре и когда худруком был Евгений Марчелли, поставивший «Дачников». В том спектакле вы на сцене появлялись голым…

- Шуметь начали тогда, да... Может быть, если бы Марчелли потом не уехал, дальше бы все развивалось так или по-другому. Об этом периоде у меня только приятные воспоминания. Актеру же важна интересная работа! Когда есть такая работа, его мало интересует, что происходит во внешней среде и кто и что по этому поводу думает. В «Дачниках» было интересно нам всем. А то, что я там голый… Это такие мелочи! Еще раньше, в рамках «Балтийских сезонов» был спектакль, когда на сцене появлялись пять голых мужиков. И это никого не смущало.

Появился у нас спектакль «Черная кошка, белый кот». Что такого в нем произошло? Кому-то не понравилось, говорили: «И это показывают в нашем театре?!» Но мы хотим видеть нового зрителя, молодежь. А то некоторые молодые люди воспринимают театр исключительно как архитектурное сооружение с колоннами.

Дело молодых

- О чем сейчас думаете как худрук?

- О том, чтобы сделать современный и успешный театр. Современность не в том, что мы все переделаем, и у нас будут только перформансы и шок. Нет! Просто наряду с классическими произведениями будет появляться современная драматургия. Мы хотим расширяться, делать на постоянной основе спектакли для подростков.

- Заманить подростков в театр? Это кажется невыполнимым.

- Почему же? Нужно поднимать темы, которые им интересны. Когда подросток может прийти в театр без мамы, что-то увидеть и понять. Мы говорим не о сказках, а о серьезном материале. В театре хочется ставить истории, которые тронут. Я видел такие современные произведения. Есть классная пьеса «Мама, мне оторвало руку»: история про становление подростка, про девочку. Она все время смотрела на людей с ограниченными возможностями, которые что-то делают и привлекают много внимания и подписчиков. А девочка не знала, как выразить себя. И вот она идет и под поезд кладет руку в надежде, что после этого у нее в жизни будет что-то получаться. Конечно, у нее ничего не вышло...

Для подростков хочется делать! И вообще, театр – дело молодых. Но все это требует материальных затрат. Дополнительные спецэффекты, оборудование. Нужно быть современным театром и в рамках технических возможностей. А у нас с этим большие проблемы.

Социалка для актера

- Собственных средств театру хватает? Сколько зарабатываете в год?

- В допандемийное время зарабатывали порядка 50 миллионов рублей. И где-то примерно такое же у нас госфинансирование. Конечно, хотелось бы больше. Но что говорить? В пандемию мы вообще не работали. Сейчас допустима 70-процентная загрузка зала. Это тоже сказывается на заработках.

- Велик ли сейчас штат театра?

- Порядка 140 человек, из них 42 актера, а остальные – технические специалисты, контролеры, билетеры.

- Актеры драмтеатра раньше жаловались на зарплаты. А сейчас?

- Оклады у нас, может, и небольшие, но есть выплата за выходы на спектакли. Если актер хорошо работает, он хорошо получает. Но есть и проблема. Условный токарь ходит на работу ежедневно, а некоторые актеры месяц или даже год могут не выходить на сцену, но получать свой оклад. С одной стороны это справедливо. Потому что актерская профессия очень зависима от режиссера: возьмет в спектакль или нет, пригласит или не заметит. Так что, это такая социальная гарантия. Но из наших актеров активно занята большая половина.

Адаптированная классика

- Кроме экспериментов для подростков, чего еще ждать от драмтеатра?

- Будут, конечно, и классические постановки на большой сцене. Но театральная публика очень изменилась. Если в 2011 году зрителей в возрасте 50+ было 60-65 процентов, то сейчас их примерно треть. Зато вырос сегмент тех, кому от 25 до 45 лет. Потому что театр двигается, воспитывает нового зрителя. Скучно и пыльно в театре не должно быть, нужны новые спектакли.

- Или классика в новом прочтении?

- У нас будет 29-30 мая идти «Гроза» по Островскому. Премьера! Это не традиционное прочтение, но без суперсовременного подхода в духе «сверни голову». Классическая история перенесена в наши дни только для того, чтобы людям было понятнее. Я недавно был на одном театральном фестивале и понял, что невозможно уже воспринимать на протяжении длительного времени текст Шекспира или Пушкина. Пусть даже они по-прежнему прекрасны! Время бежит, информация дается ускоренно. Тяжело молодым зрителям воспринимать и такие слова как «доколе», «досель» и так далее. Так что режиссер взял текст Островского, переведенный на английский язык, и перевел его обратно на русский. И получился сконцентрированный, в хорошем смысле упрощенный текст, и звучит он замечательно, понятен современному зрителю.