«Говорят, Кант-то ненастоящий?!»: что на самом деле известно о прошлом философа

Составить рассказ о жизни Канта, особенно на ее раннем этапе, до сих пор представляет непростую научную задачу.

Фото: правительство Калининградской области.

Однажды Кант сформулировал свою версию вечных вопросов. Первый звучит так: что я могу знать? Обратить его можно к чему и к кому угодно, в том числе к самому Канту. Благо в его биографии, несмотря на всемирную славу философа, достаточно белых пятен и неясностей. Так что же мы можем знать о Канте?

Он вышел родом из народа

Сегодня, даже если человек отказывается от социальных сетей и к минимуму сводит свое присутствие в интернете, за ним тянется цифровой след. Плюс ко всему почти каждый попадает в объективы камер наблюдения и смартфонов случайных прохожих. Нами интересуются официальные структуры, соседи, родственники, коллеги, распространители спама. Особенно живой интерес проявляют мошенники.

В XVIII веке, когда в кенигсбергской семье Кант появился на свет мальчик, названный Иммануилом, все было не так. Конечно, если ты родился в благородной или очень богатой семье, то на тебя обращали внимание не только приходской священник, школьный учитель, а как подрастешь – армейский вербовщик и сборщик налогов. Однако наш герой был из простого народа. Его родители – шорники – люди свободные, набожные, небогатые и мало кому известные за пределами гильдии и религиозной общины. Поэтому и судьба Иммануила Канта мало кого интересовала до тех пор, пока он не стал знаменит. А произошло это совсем не сразу.

К тому же философ был не настолько тщеславен, чтобы озаботиться написанием мемуаров или собственной биографии. Поэтому рассказ о его жизни, особенно на ее раннем этапе, до сих пор представляет непростую научную задачу. Решить ее пытаются почти 250 лет. За это время появилась масса литературы, причем как излишне идеализирующей Канта, так и почти клеветнической.

Что в имени тебе моем?

Самые достоверные свидетельства жизни Канта – официальные документы: записи о рождении, зачислении в университет или смерти, переписка с инстанциями, завещание. Однако, несмотря на достоверность этих бумаг, их информативность невелика. Более того, они могут вводить в заблуждение.

Например, в «Старом прусском альманахе» отмечено, что в семье Иоганна Георга Кандта 22 апреля 1724 года родился мальчик, нарекли его Эмануилом. В 1740 году Эмануил Кандт поступает в Кенигсбергский университет. Проучившись 7 или 8 лет, этот человек исчезает из города, и следы его почти теряются. Зато в середине 1750-х в Кенигсберг приезжает некий Иммануил Кант, впоследствии ставший величайшим умом своего времени.

Так, может, «Кант-то ненастоящий?!». Может, сын шорника сгинул где-то на пути между Инстербургом и Гумбинненом в сороковых или пятидесятых годах XVIII века, а вместо него в столицу Восточной Пруссии прибыл совершенно другой человек? Из-за несовпадения имен можно было бы создать интересную конспирологическую гипотезу наподобие знаменитой байки о подмене царя Петра во время его путешествия по Европе. Однако Кант настоящий. Просто вследствие разных способов написания его фамилия потеряла букву «д» перед «т». Даже в наши дни встречаются Канты и Кандты. А имя «Эмануил» философ сам заменил на «Иммануил», так как считал подобную запись более правильной с точки зрения языкознания.

Каноны и «апокрифы»

Помимо документов какие-то вехи жизни Канта мы узнаем от него самого. Правда, рассказывал он о себе нечасто и далеко не обо всем. Например, почти не распространялся о личной жизни. Кроме того, к собственным свидетельствам философа нужно относиться с осмотрительностью. В частности, Кант полагал, что его предки прибыли на побережье Балтийского моря из Шотландии. Исследователи ставят эту гипотезу под сомнение, так как она недостаточно подкреплена фактами.

Важным источником сведений о Канте являются его современники – друзья, недруги, путешественники. Особую роль здесь играет личная переписка, но она не всегда доступна широкому кругу читателей. На помощь приходят три канонические биографии, подготовленные учениками, друзьями, сотрапезниками Канта: Р. Б. Яхманом, Л. Э. Боровским, Э. А. К. Васянским. (На русском языке пока издан труд только последнего, остальные работы планируются к публикации в этом году.) Данные тексты, увы, несвободны от субъективизма. Вместе с тем они позволяют составить какое-то общее представление о Канте или как минимум о том, каким бы его хотели видеть друзья-богословы – все трое авторов были теологами.

В этих биографиях Кант больше похож на какого-нибудь легендарного благочестивого мудреца, который родился сразу стариком. Отчего образ философа кажется немного плоским и тусклым. «Объема» добавляют недруги – к примеру, профессор медицины Кенигсбергского университета И. Д. Мецгер. Он едва ли не раньше других вскоре после смерти Канта в 1804 году опубликовал анонимную брошюру, где представил своего коллегу по Альбертине не таким уж хорошим человеком, гражданином и ученым. С тех пор обе крайности в восприятии Канта сосуществуют, причем не только в биографической литературе, но также в научной и художественной.

Друзья, враги и книги

Реального Канта нужно искать где-то между крайностями идеализации и демонизации. Канта, который не сразу состарился, а до того ходил в школу, дурачился с друзьями, посещал театр и маскарады, прекрасно играл в бильярд и карты, умудрялся выживать на жалование домашнего учителя, много преподавал, конкурировал с коллегами и при этом совершал открытия – сначала в области естественных наук, а потом в философии. Именно такими поисками занимаются ученые, которые по крупицам собирают и критически оценивают данные о жизни философа. В качестве примера можно привести биографии А. В. Гулыги «Кант» и М. Кюна «Кант: биография».

При этом не стоит сильно переживать из-за каких-то нестыковок в разных источниках. С одной стороны, наука не стоит на месте. Появляются новые методы, открываются новые сведения, возникают новые интерпретации старых данных. С другой стороны, не так уж важно, в каком именно году Кант после окончания университета покинул Кенигсберг или где конкретно познакомился с семейством Кайзерлинг. В конце концов, он же не современный селебрити или блогер, у которого кроме биографии ничего нет! Куда важнее то, что Кант говорил о нас или мире вокруг нас. Причем его книги лучше биографий помогают узнать его характер.

Например, чтобы понять, что Кант отнюдь не был занудой и букой, достаточно взять и почитать «Наблюдения над чувством прекрасного и возвышенного». В этой книге масса остроумия и обаяния. Убедиться в том, что Кант совсем не был «божьим одуванчиком», можно, заглянув в «Грезы духовидца, поясненные грезами метафизики». Жесткая отповедь одному известному экстрасенсу XVIII века содержит и иронию, и сарказм, и даже грубость. Вопросы о набожности Канта отпадают, если познакомиться с «Религией в пределах только разума». Таким образом, шаг за шагом вполне можно составить личное впечатление от Канта, каким он хотел, чтобы его помнили.