Как выживший сапер стал Героем посмертно
Восточная Пруссия. Советские саперы под огнем противника проделывают проход в заграждениях.
Фото: Михаил САВИН. Перейти в Фотобанк КП
Выжил в рукопашной
Изначально принятое, в том числе и в Русской армии, наименование саперов – «пионеры» говорит о многом. По-французски «pionnier» означает «первопроходец», вот и эти инженерные подразделения всегда прокладывали путь остальным боевым частям, находясь на самом острие удара. В составе каждой из штурмовых групп, созданных командованием Красной армии для взятия города Кёнигсберг, непременно было саперное отделение. Саперы проделывали проходы в минных полях и прочих инженерных заграждениях, сами устанавливали мины в процессе закрепления штурмовиков на захваченных позициях, подрывали доты, дзоты и стены зданий, превращенных немцами в оборонительные объекты. Во многих отношениях эта служба считалась даже более опасной, чем в пехоте.
Впрочем, Александру Родителеву к опасностям было не привыкать. Хотя до призыва в армию уроженец деревни Берлякино Великолукского района тогда Калининской области работал простым токарем на паравозоремонтном заводе, где подвиги были возможны только трудовые. Правда, на третьем году срочной службы Александру довелось участвовать в Польском походе РККА, но тот продлился неполных три недели, за которые особо отличиться боец не успел. Зато после начала Великой Отечественной войны, которую младший сержант Родителев встретил в должности командира отделения 97-го пограничного отряда в районе города Черновцы, быстро стало понятно, что возможностей проявить личный героизм будет предостаточно.
Свое первое ранение – причем сразу тяжелое – наш герой получил ровно через месяц, на Северо-Западном фронте, в очередной рукопашной схватке. Восстанавливаться пришлось долго, и на фронт Александр вернулся не сразу, после выписки из госпиталя став старшиной роты 37-го запасного отдельного саперно-подрывного батальона. И в инженерном деле проявил недюжинные способности – возможно, сказалось заводское прошлое. Оценив потенциал бывшего пограничника, начальство направило его на учебу в Московское военно-инженерное училище.
Александр Родителев
Фото: сайт «Память народа»..
Бой за Кляйн Меденау
Новоиспеченного младшего лейтенанта направили на 1-й Прибалтийский фронт. С 20 февраля 1945 года Родителев начал командовать взводом 51-го отдельного саперного батальона 13-го гвардейского стрелкового корпуса. К тому моменту уже неделю как развивалась стратегическая наступательная операция советских войск в Восточной Пруссии, бои шли ожесточенные, и всего через несколько дней после принятия взвода Александр со своими бойцами попал в жесткую переделку у фольварка Кляйн Меденау (в районе нынешнего поселка Логвино под Калининградом).
Как известно из истории, в середине февраля немцы спланировали прорыв из осажденного Кёнигсберга к Пиллау (современному Балтийску) с одновременным встречным ударом из этого портового города. Им удалось скрытно сконцентрировать довольно значительные силы и 19 февраля провести мощное наступление в направлении Метгеттена (теперь – поселок имени Александра Космодемьянского), прорвав наш фронт. Обе стороны несли большие потери, но в советских войсках особенно пострадала артиллерия, которая в преддверие наступления была придвинута к переднему краю.
Немцы стремились расширить образовавшийся коридор, и 24 февраля предприняли несколько атак, в том числе и на Меденау, где только что закрепился входивший в отряд заграждения взвод Родителева.
Тут нашим очень помогла предусмотрительность командира, который загодя распорядился установить минные поля на подходах к населенному пункту и заминировать перекрестки всех окрестных дорог. Тем не менее, саперам трое суток кряду пришлось выполнять функции пехотинцев, отбивая одну немецкую атаку за другой, пока артиллеристы корпуса выходили из-под удара и занимали новые рубежи.
«Проявляя смелость и выдержку, Родителев увлекал в бой бойцов своего взвода, - значится в представлении офицера к ордену Красной Звезды. - Несмотря на сильный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь противника, бойцы и сержанты взвода Родителева стойко вели бой с немцами, не оставив обороняемого участка. Родителев лично находился среди бойцов, уничтожая противника из автомата».
Оставив перед Кляйн Меденау свыше 40 трупов, гитлеровцы были вынуждены отойти.
Захваченные зенитки
Загнав «фрицев» обратно в Кёнигсберг, советское командование принялось готовить решающий штурм города. На передний край выдвинулись саперные подразделения, чтобы проделать проходы в минных полях. Немцы, понятно, тоже не дремали и, как только засекали где-то подозрительную активность, усиленно лупили по тому месту из всех имевшихся в наличии стволов. Под настоящий град из пуль и снарядов Родителев отправился, взяв с собой только четырех бойцов. В ночь с 5 на 6 апреля эта отважная пятерка сняла свыше 200 противопехотных и противотанковых мин. При этом трое саперов были ранены и выбыли из строя, так что, заканчивать проход взводному пришлось на пару с уцелевшим солдатом. Тем не менее, продвижение пехоты и техники было обеспечено, за что Александр удостоился ордена Великой Отечественной войны II степени. А всего через сутки он совершил свой главный подвиг. Произошло это так.
Стремительно продвигаясь по северо-западной окраине Кёнигсберга в составе одной из штурмовых групп, восемь бойцов Родителева во главе со своим командиром в ночь на 7 апреля вышли к артиллерийским позициям немцев. Поняв, что им удалось остаться необнаруженными, комвзвода принял решение атаковать вражеские пушки немедленно, не дожидаясь подхода основных сил. Скрытно подобравшись вплотную, саперы дружно грянули «Ура!» и, на бегу забрасывая «фрицев» гранатами, устремились на батарею. После короткой рукопашной, в которой были уничтожены шестеро артиллеристов, 25 их полностью деморализованных камрадов подняли руки вверх, а остальные в полной уверенности, что на них навалились целые полчища русских, в ужасе бежали. Полтора десятка тяжелых зенитных орудий FlaK достались нам не только абсолютно неповрежденными, но даже со снарядами в казенниках!
Оценив размер утраты, немцы уже через несколько минут контратаковали, попытавшись вернуть свои зенитки. А после того как были отбиты, предприняли еще две попытки, в итоге оказавшиеся столь же безуспешными. Когда с рассветом прибыли уже наши артиллеристы из 59-го гвардейского полка, перед захваченной батареей валялось не менее четырех десятков убитых солдат и офицеров противника. Немедленно развернув «флаки» на 180 градусов, из них открыли огонь прямой наводкой по врагу. Позже этот эпизод вошел в книгу воспоминаний маршала Ивана Баграмяна «Так шли мы к Победе».
Несбывшаяся примета
Тем временем героический младший лейтенант и не думал почивать на лаврах – тем более что штурм был в самом разгаре. На следующий день 8 апреля Родителев со своими бойцами взорвал вражеский дзот, преградивший путь нашей пехоте. И пока ошеломленные немцы соображали, что к чему, с группой из 12 саперов очистил сразу шесть городских кварталов, захватив в плен свыше 200 солдат и офицеров врага.
«Своими решительными и умелыми действиями товарищ Родителев обеспечил выполнение боевой задачи подразделениями», - подтверждало донесение в штаб корпуса.
В совокупности все упомянутые действия вполне тянули на высшую степень отличия в СССР. И действительно, в Москву ушло ходатайство о представлении саперного офицера к званию Героя Советского Союза.
Весьма любопытно, что в заключении Военного совета 43-й армии, датированном 14 апреля 1945 года и подписанном генерал-майором Шабаловым и командующим войсками гвардии генерал-лейтенантом Белобородовым вручить «Золотую Звезду» Родителеву предлагали… посмертно.
То самое представление младшего лейтенанта к званию Героя Советского Союза посмертно.
Фото: сайт «Память народа»..
Наверное, в высоких штабах полагали, что после столь невероятных подвигов остаться в живых попросту невозможно. А скорее всего, имела место вполне обычная в тех условиях неразбериха. Так или иначе, 19 апреля вышел соответствующий Указ Президиума Верховного Совета СССР, о чем свидетельствует штамп в нижнем углу наградного документа. Уже без пометки «посмертно»…
По примете, человек, которого ошибочно посчитали погибшим, будет жить 100 лет. Увы, в нашем случае эта примета не сработала.
После войны Александр Родителев закончил Военную академию. Дальнейшую службу он проходил в Московском военном округе в звании гвардии лейтенанта. Вдобавок к орденам был награжден медалью «За оборону Ленинграда». А умер Александр Михайлович 7 июля 1966 года, не достигнув и 50-летия. Ветеран был похоронен на кладбище города Люберцы Московской области. Кроме Калининграда его имя носит еще одна улица - в Великих Луках.
МУЖЕСТВО
Перед ним не мог устоять ни один вражеский дот
А сам старшина Николай Галибин во время штурма Кёнигсберга обезвредил больше 30 фугасов
В военных архивах имеются сведения об еще одном Герое Советского Союза из того же 51-го отдельного саперного батальона 13-го гвардейского стрелкового корпуса 43-й армии 3-го Белорусского фронта. Николай Галибин (по другим документам – Голыбин) был всего на три года младше своего однополчанина Александра Родителева. Только происходил не из пролетариев, а из крестьян: до войны работал в одном из колхозов родной Владимирщины. В Красную армию его призвали в июле 1941-го, и спустя месяц Николай уже сражался сначала на Калининском фронте, потом на Сталинградском, 4-м Украинском и 1-м Прибалтийском. За это время был трижды ранен, получил медаль «За отвагу» и два ордена Красной Звезды.
Из пяти погибли двое
Свое четвертое ранение и одновременно тяжелую контузию старшина получил на второй день январского наступления советских войск в Восточной Пруссии, действуя в группе разграждения. Вместе с еще четырьмя бойцами Галибин 14 января в районе местечка Жургупхен (находилось в окрестностях современного поселка Ольховатка Гусевского округа, ныне не существует), выполнял рутинную работу саперов – проделывал проход в минном поле и проволочном заграждении противника. Под ураганным огнем, как обычно. По ходу выполнения задачи погибли рядовые Гусев и Нуралиев, истекавшему кровью командиру продолжали помогать бойцы Решетов и Кошелев. В результате саперам удалось обеспечить продвижение пехоты без потерь, и, как особо подчеркивалось в представлении старшины к ордену Красного Знамени, «вынести тела погибших товарищей с поля боя и похоронить с почестями».
«Решил исход боя»
Госпиталь Николай покинул, не долечившись – в преддверии штурма Кёнигсберга в батальоне ощущался большой недостаток командного состава, и старшине пришлось взять под начало оставшийся без офицера взвод. Утром 6 апреля штурмовые группы нашей пехоты остановились под огнем трех немецких станковых пулеметов у фольварка Вальдгартен
«Расположенный на северной окраине города, он представлял собой группу толстостенных каменных зданий, раскинувшихся на пологом холме, прикрытом небольшой, но важной высоткой, отмеченной на картах цифрой «36, 0», - писал в своей книге «Штурм Кёнигсберга» историк Вольдемар Балязин. - Саперы <…>двумя небольшими группами <…> проделали проходы в минных полях и колючей проволоке, опоясывавших высоту, а затем подобрались к доту на ее вершине и взорвали его».
Николай Галибин.
Фото: сайт «Память народа»..
Однако оставался еще расположенный рядом форт - его бойцы Галибина обошли с двух сторон, следом за ними устремилась пехота. «Этот маневр, в котором саперы сыграли большую роль, решил исход боя за форт», - говорилось в боевом донесении. Оказавшись в окружении, гарнизон укрепления – 126 солдат и 4 офицера - предпочел капитулировать.
На следующий день Галибину пришлось иметь дело с еще одним серьезным препятствием. Большой каменный дом на окраине Кёнигсберга немцы превратили в мощный опорный пункт, брать который в лоб означало положить множество наших бойцов. Вновь применив искусный обходной маневр, группа Галибина сумела зацепиться за одну сторону здания. Расставив стрелков, не дававших «фрицам» высунуться, старшина подполз к дому вплотную и заложил под стену фугас из сосредоточенного заряда тола и большого количества снарядов, брошенных отступавшими немцами. Когда рассеялись пыль и дым от прогремевшего взрыва, на месте опорника высилась лишь груда обломков. К слову, сам Галибин за четыре дня штурма обезвредил свыше 30 вражеских фугасов.
Вместо заключения
Демобилизовавшись из армии после войны, герой жил и работал в столице. Скончался 23 декабря 1972 года, похоронен в поселке Мамонтово Пушкинского района Московской области.
Остается сказать, что «Золотой Звездой» Николая Ивановича наградили тем же Указом Президиума ВС СССР» от 19 апреля 1945 года. Вот только улицы старшины Галибина в Калининграде нет. Будем надеяться, что только пока…