«Без реальной готовности России применить ядерное оружие у нее не будет Калининградской области»

В условиях сухопутной «полублокады» основными гарантами бесперебойного снабжения российского эксклава на Балтике стали морские паромы.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Тревожность – норма жизни

- Александр, вам не кажется, что Запад пытается создавать максимальную напряженность вокруг российского эксклава на Балтике? НАТО практически непрерывно проводит военные маневры у наших границ, в воздухе постоянно висят самолеты-разведчики альянса, да и риторика западных политиков все больше ужесточается. К примеру, экс-глава аппарата Минобороны Германии Нико Ланге призвал усилить давление на Калининградскую область, которое призвано сделать ее наряду с Крымом «дорогостоящими стратегическими уязвимостями» России.

- Я не вижу ничего нового ни в риторике, ни в конкретных действиях. Учения НАТО у границ Калининградской области проводятся в режиме нон-стоп уже долгие годы. А в последнее время даже не скрывается, что Калининградская область является объектом этих учений, и что это отработка потенциального театра военных действий. Что касается риторики – еще с прошлого десятилетия она является конфронтационной по отношению к Калининграду. В написанном мною еще несколько лет аналитическим докладе с контент-анализом всего того, что говорится на Западе о Калининграде, приводятся заявления людей, находящихся на ведущих позициях в США о том, что «Калининград – это кинжал в сердце Европы». А также заявления командования армии США в Европе о Калининграде как о «российской крепости, которую нужно отбить» и заявление одного из американских генералов насчет того, что Калининградская область станет объектом первого удара в случае военного конфликта. Сейчас нет ничего нового, я даже не вижу какой-то особой эскалации. Вижу рутинную, фоновую тревожность, которая является для региона уже нормой повседневной жизни - я могу судить об этом как коренной калининградец. Да, происходит нагнетание ситуации, но умеренное, поскольку украинская карта еще до конца не разыграна. И если говорить о наиболее уязвимых российских регионах, то, конечно, нам нужно пропустить вперед Донецкую и Луганскую народные республики, Республику Крым, а также Курскую и Белгородскую области. У нас до такого пока не дошло, но у нас и ставки выше, поскольку в этом случае приходится говорить о прямой войне РФ с Североатлантическим альянсом. Если же дойдет (а такая опасность существует), то окруженная со всех сторон странами НАТО Калининградская область, конечно же, примет на себя первый удар – хотя бы по той простой причине, что здесь располагается главная база Балтийского флота. Я отчасти согласен с тем немцем, которого вы процитировали: Калининградская область стратегически уязвима, это ахиллесова пята России. Но с другой стороны, возможная война будет угрозой и для соседних стран Европы, в первую очередь для Польши и Литвы. Я подразумеваю даже не те военные силы, которые размещены в нашем эксклаве, а тот комплекс средств, которые РФ может применить в ответ на нападение на Калининградскую область. И в первую очередь это ядерное оружие. О котором, как я считаю, не нужно стесняться говорить всякий раз, когда обсуждается тема возможной агрессии НАТО в отношении нас. Поскольку в случае военного конфликта РФ с НАТО, если не будет применения ядерного оружия (или хотя бы реальной готовности его применить), не будет и Калининградской области в составе Росси.

Александр Носович.

Фото: соцсети.

Тоненькая струйка вместо ручейка

- Как по-вашему, Ланге, рассуждая о дорогостоящих издержках для России в плане сохранения ею балтийского эксклава подразумевал дальнейшее усложнение калининградского транзита?

- Полагаю, что да, хотя, конечно, не берусь предполагать, что в голове у этого деятеля. Но если рассуждать объективно, по его мысли Россия должна нести возможно большие затраты, чтобы Калининградская область существовала и хоть как-то развивалась в ее нынешнем географическом положении. От остальной территории РФ мы отрезаны несколькими границами, с соседними государствами отношения разорваны практически полностью. Ни о каком приграничном сотрудничестве, которое было возможно еще 20-15 лет назад, когда, например, благодаря сотрудничеству с поляками на Калининград приходилось шесть процентов продаж мебели в России, сейчас и речи не идет. То есть, за счет внешнеэкономических связей наш регион больше развиваться не может. За счет системных логистических связей с «большой Россией» это также делать все труднее, так как Вильнюс и Брюссель вводят все новые ограничения на сухопутный транзит, и он из ручейка сегодня превратился в тоненькую струйку, которая уже даже не течет, а капает.

- Очередная инициатива от депутата литовского Сейма подразумевает ограничение времени проезда российских автомобилей через Литву вместо суток всего шестью часами. При этом литовцы явно надеются избежать ситуации лета 2022 года, когда под давлением Еврокомиссии им пришлось снять введенные было ограничения на железнодорожный транзит. Вмешается ли Брюссель и на этот раз?

- Все было наоборот: это литовцы тогда оправдывались тем, что неправильно прочитали санкционный пакет ЕС, посчитав, что там не было исключения для Калининградской области по номенклатуре перевозимых по железной дороге подсанкционных товаров. Брюссель и Вильнюс потом долго перекладывали вину друг на друга. Но для меня главной тогда была позиция Москвы, которая сразу объявила, что не намерена вникать в тонкости европейского санкционного законодательства, а считает действия Литвы угрозой для национальной безопасности РФ и ее территориальной целостности. И пообещала военно-политический ответ, после чего европейцы моментально отыграли назад.

- На этот раз могут последовать такие же действия с нашей стороны?

- Это решать Москве, и думаю, главным критерием будет то, насколько очередное литовское ограничение критично для нашего региона. В 2022 году это было критично, поскольку морской транзит еще не был развит так, как сегодня. Нынешняя ситуация также требует предварительной оценки. Если окажется, что калининградские автомобилисты не смогут за шесть часов проезжать Литву, и это, конечно, неприятно, но не смертельно, впрягаться за них всей своей мощью Москва вряд ли станет.

От чего психанули британцы

- Но и в случае с морскими перевозками есть поводы для беспокойства. Недаром же президент России пригрозил Западу отвечать зеркально на захваты торговых судов, причем в любых частях Мирового океана. Насколько реально это делать на Балтике, где ситуация и без того очень напряженная?

- Если наш президент об этом публично сказал, то, думаю, что все необходимые меры российским руководством давно просчитаны и подготовлены. Что до Балтики, то одна из практических мер была продемонстрирована, когда на палубе сухогруза, следовавшего в Калининградскую область, европейцы заметили установленный пулемет. Тогда и наши прибалтийские соседи, и скандинавы, и британцы (хотя они сравнительно далеко), прямо скажем, по данному поводу психанули. Поэтому я думаю, дело идет к «секьюритизации» нашей морской логистики в целом, не только в Балтийском море. Тем более что угроза ее безопасности возрастает в связи с происходящей сейчас очередной технологической революцией - использование дронов существующие риски лишь усиливает. И к тому, что беспилотники могут применяться теми же украинцами, в том числе, на Балтике, нам нужно готовиться.

- Так, может, не сто ит ждать захвата западниками очередного танкера, а действовать на упреждение, сопровождая наши паромы военными кораблями?

- Я такое несколько лет назад предлагал и публично, и конкретно лицам, от которых зависит принятие соответствующих решений. Мне ответили, что обеспечить все суда-перевозчики кораблями сопровождения просто физически невозможно.

- Но какой-нибудь наш фрегат мог бы нести постоянное дежурство где-нибудь в середине маршрута, чтобы в случае отразить попытку пиратского нападения.

- Я думаю, что такое уже практикуется. Во всяком случае, наши соседи признают, что российские военные корабли постоянно вояжируют в нейтральных водах Балтики. Естественно, не добавляя, что таким образом просто обеспечивается безопасность морского транзита. Так что, определенные меры уже приняты, это точно.

С широко закрытыми глазами

- Сегодня много говорят о реабилитации нацизма в Германии. Вы согласны с таким утверждением?

- Да, только происходит не активная, а ползучая реабилитация нацизма. О нем перестают говорить как о вине немецкого народа. То есть, о том, на чем, собственно, основывался процесс денацификации. Милитаризация, которая раньше считалась одной из предпосылок нацизма, теперь выводится за рамки. Власти Германии пытаются всячески избежать параллелей между милитаризацией страны, происходящей сейчас, и теми обещаниями пушек вместо масла, с которыми начинал свое правление Гитлер. Кроме того, немецкие политики научились закрывать глаза на реальную и действительно активную реабилитацию нацизма, которая имеет место в Восточной Европе. Они это даже поощряли и финансировали многие годы. Если посмотреть, на чьи деньги функционировали НКО в Прибалтике, занимавшиеся оправданием местных коллаборационистов, устроивших геноцид на оккупированных в годы Второй мировой войны территориях, мы обнаружим запрещенные сегодня у нас и признанные нежелательными Фонд Аденауэра, Фонд Эберта (крупные немецкие политические фонды, близкие к ведущим партиям страны – Ред.) и прочие подобные структуры. То есть, немцы с начала 1990-х годов системно в это дело инвестировали. Я уже молчу об их содействии националистическому киевскому режиму, который с тех пор как мутировал с 2022 года в военную диктатуру, является в чистом виде неонацистским. Подобное внешнеполитическое лицемерие порождает релятивизм и во внутренней политике.

- Но реабилитация нацизма, на мой взгляд, неизбежно вызовет подъем реваншистских настроений с их требованиями пересмотра итогов Второй мировой и возвращением утраченных Германией территорий. В этой связи кому имеет смысл больше беспокоиться: калининградцам, которые живут на трети территории бывшей Восточной Пруссии, или полякам, у которых две трети ее территории?

- В первую очередь полякам, во вторую – нам, в третью – литовцам. Вот так, строго по географии. А на самом-то деле вообще всем. Конечно, для того чтобы реализовалось то, о чем вы говорите, Германии еще предстоит пройти достаточно большой путь. Я вполне допускаю, что она по этому пути пойдет. Даже если к власти придет партия «Альтернатива для Германии» - а сейчас такая вероятность высока, и попытка перестроить германо-российские отношения на новых, консервативных основаниях (она непременно будет предпринята, этот пункт значится в их предвыборной программе), провалится, такой сценарий вполне вероятен. К тому же, сейчас Германия находится в системном кризисе, и какой из него выйдет - непонятно. Ясно, что та ФРГ, которую мы знали с 1949 года, подходит к концу. А какой будет следующая Германия – большой вопрос.

- То есть, обилие автомобилей с немецкими номерами на калининградских дорогах тревожить нас пока не должно?

- Множество колесящих по Калининградской области машин не только с немецкими, но и с другими европейскими номерными знаками является всего лишь свидетельством того, что у нас цены ниже, чем в Евросоюзе, а продукты такие же качественные.

- И такому туризму не нужно препятствовать?

- Зачем, если мы на этом зарабатываем? В регионе сейчас не так много возможностей заработать больше денег.