Здоровье14 июля 2021 15:09

Пневмония - только на КТ и тест в подвале: как я лечился от ковида в Калининграде

Корреспондент «Комсомолки» неделю мучился дома, а затем еще две недели провел на больничной койке
Лечение проходило строго по науке: капельницы, уколы, таблетки...

Лечение проходило строго по науке: капельницы, уколы, таблетки...

Фото: Иван МАРКОВ

Перед отпуском я долго ломал голову - прививаться от COVID-19 или нет. В итоге отдыхать всей семьей так и поехали непривитыми, но ничего страшного не случилось. Потом мысли о вакцинации иногда всплывали, но не были очень уж тревожными. Я молодой, иммунитет вроде как неплохой, все анализы в норме. Ну, подхвачу этот самый ковид, организм даст ему бой, и как-нибудь легкой формой обойдется. В теории все было гладко, и меня это устраивало.

«Выпейте настой шиповника!»

Неприятности начались 12 июня. Сначала жена пожаловалась на недомогание и небольшой жар. В воскресенье ей стало чуть хуже, температура поднялась до 37,5. В понедельник с утра я позвонил на работу, где реакция на заболевание близких родственников в свете последних событий простая: лучше перестраховаться и поработать на удаленке. Так и сделал.

С середины недели ситуация стала меняться в худшую сторону: вдобавок заболел сын, и я превратился в сиделку. К текущим домашним делам прибавились бесконечные походы в аптеку и звонки на вечно перегруженный номер 122 (по нему можно вызвать терапевта, который сделает тест на коронавирус). Начались и первые странности. Так, 15 июня тот самый терапевт перепутал квартиры и... ушел, сделав вид, что наш вызов был ложным. К этому моменту жена уже не чувствовала запахов, а температуру получалось сбить самое большее на полчаса. Потом тест все-таки сделали, но тогда мы еще не знали, какую злую шутку он сыграет.

Как и стоило ожидать, 17 июня сухой кашель с температурой появились и у меня. На следующий день, когда пришел отрицательный результат ПЦР-теста, я лежал пластом, пытаясь сбить 39-градусный жар парацетамолом. Этот кошмар затянулся на неделю, и каждый день неподтвержденный ковид приносил все новые сюрпризы: кашель опустился ниже, стал более громким и болезненным, сделать глубокий вдох уже не получалось, появились жжение в груди и боль в суставах. К выходным даже подняться с кровати не было сил. Разговоры с врачами по телефону стали похожи на усыпление бдительности душевнобольного: «Контакты с подтвержденными больными были? Нет? Выпейте настой шиповника!»

«Не вы первый, не вы последний»

Рекомендации по лечению - это вообще отдельная история. Они поступали и от доброжелателей, уже перенесших коронавирус, и от приходивших на дом терапевтов, и от частных врачей, к которым мы начали обращаться из-за безвыходного положения. Не помогало ровным счетом ничего. И главной ошибкой, как потом выяснилось, стало назначение дежурным терапевтом сильного антибиотика. Эффекта такое лечение не дало никакого, зато я обеспечил себе дополнительный удар по печени. К 24 июня у меня начала развиваться пневмония.

Еще одной ошибкой стала запись на флюорографию: деньги были потрачены, снимок абсолютно ничего не показал, зато дозу радиации я получил. А ведь, признаюсь, на этот шаг я пошел как раз из желания сэкономить - флюорография стоит в три с лишним раза дешевле, чем компьютерная томография, и обширную пневмонию теоретически показать может. Но результат, как уже было сказано, вышел отрицательным.

Тем временем мое самочувствие продолжало ухудшаться: практически пропали сон и аппетит (вкусы и запахи исчезли несколькими днями ранее), в суставах появилась тупая боль, ночной жар держался в районе 40, кашель стал свистящим. Выход оставался один - затянуть пояс и сделать-таки КТ. После этого вирусная пневмония наконец подтвердилась, и скорая доставила меня на Больничную, 34. По дороге я успел перекинуться парой слов с фельдшером.

- Не вы первый, не вы последний, - сообщил тот. - Мы сами не понимаем, что происходит. Статистику никто не ведет, но лично мне кажется, правдивость этих тестов - где-то на уровне 30 процентов.

«Я не могу дышать!»

Дальше были таблички «красная зона» на железных дверях, врачи в белых скафандрах, очках и респираторах, быстрый ПЦР-тест в подвальном коридоре, замер температуры, очередь из вымотанных домашним лечением пациентов, беглый «допрос» от усталого до равнодушия врача.

- У вас есть выбор: можете поехать домой, или положу в общую палату. Не хотите домой? А почему? Тогда берите вещи - и вперед, за медсестрой.

Следующие двое суток выдались нелегкими. Особенно выматывающей стала первая ночь. Больничное белье промокло насквозь, ни о каком сне речи не было уже часов с трех. Катастрофичности окружающей атмосфере добавляли другие пациенты в палате. Двух из них подключили к кислородным аппаратам, однако мужику на соседней кровати воздуха все равно не хватало. У него началась паника, он то невнятно что-то бормотал, то принимался кричать: «Я не могу дышать, меня трясет! Сестра!»

И все это происходило под круглосуточный аккомпанемент в виде жуткого свистящего кашля и бурления кислорода.

Из выписавшихся пациентов входить обратно в эти двери вряд ли кому-то захочется.

Из выписавшихся пациентов входить обратно в эти двери вряд ли кому-то захочется.

Фото: Иван МАРКОВ

На второй день начался движ. Из семи моих товарищей по несчастью в палате без объяснения причин оставили четверых, но минут через 10 добавили еще одного. Примерно через полчаса у всех пятерых зазвонили телефоны - пришли положительные тесты на ковид. Тут же начались звонки из Роспотребнадзора, решившего вдруг провести «расследование». Конечно, установить источник заражения было уже практически невозможно, но инструкция есть инструкция.

«Чувствуете себя плохо? Это норма»

Курс лечения (как мы могли наблюдать, каждому назначалось индивидуальное) длился почти две недели. Все было строго по науке: капельницы, уколы, таблетки. Сочетание антибиотиков и разжижающих кровь лекарств, постоянный контроль анализов, ежедневные обходы. Заодно лечащий врач прочитал лекцию, от которой всем стало не по себе:

- Вы пока не можете понять, насколько это серьезное заболевание. Мы видим ваш анализ крови, и там все не очень хорошо. Главная опасность коронавируса - тромбозы, и нужно об этом постоянно помнить. Домой можете не торопиться. Уже были случаи, когда выписавшихся пациентов возвращали с осложнениями. Вот и вы еще месяца три после выписки будете чувствовать себя плохо, но пугаться не стоит - это норма.

Доктор оказался прав. По излечении, соскучившись по пешим прогулкам, я решил добраться до дома пешком. Этот поход показался вечностью. А поднявшись по лестнице, я почувствовал, что ноги налились свинцом, и еще долго не мог отдышаться.

Теперь впереди у меня еще курс восстановления и постепенное возвращение к жизни после почти месячного из нее выпадения.

А ведь можно было всего лишь вовремя сделать прививку…