Общество13 октября 2021 18:24

Исповедь ритуального агента: «К некоторым приходят голоса, а я не пускаю горе в душу»

Алексей Татаренков, более десяти лет занимающийся ритуальным бизнесом в Калининграде, рассказал «Комсомолке» об особенностях своей профессии
Вряд ли работа ритуальным агентом подойдет всем. Некоторые не выдерживали...

Вряд ли работа ритуальным агентом подойдет всем. Некоторые не выдерживали...

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

С Алексеем Татаренковым одни калининградцы сталкиваются при жизни, другие - и после смерти. Он - предприниматель в сфере ритуального бизнеса. Организацией похорон Татаренков занимается с 2008 года: начинал работать в «Есении», потом перешел в МУП «Альта», а сегодня работает сам на себя. Ранее был сотрудником силовых структур. Корреспондент «Комсомолки» решил выяснить, каково это - ежедневно сталкиваться с человеческим горем, а также узнал у Алексея о множестве тонкостей его профессии.

Родственники всегда узнают последними

- Как ты вообще оказался в ритуальной сфере?

- Работать было негде, а родственники моей супруги были заняты в ритуалке, поэтому я ушел к ним. Предубеждений у меня не было, поэтому я и сегодня в этой среде чувствую себя уверенно.

- Ты с юмором к этой теме стараешься относиться? Или как у тебя получается сохранять самообладание?

- Я просто стараюсь не пускать все это горе в душу, умею абстрагироваться. Я всего лишь выполняю свою работу и делаю это, как мне кажется, профессионально.

Алексей Татаренков.

Алексей Татаренков.

Фото: Иван МАРКОВ

- Есть у тебя знакомые ритуальщики, которые не смогли справиться со своими нервами?

- Есть. Очень многие попадали на дурку, потому что к ним приходили голоса. Многие скатывались в бытовое пьянство, и приходилось их увольнять. Некоторые на фоне пьянства совершали какой-то криминал, они сидят.

- Считается, что эта сфера очень криминализирована. Это так?

- В «большой России» - да, особенно за Уралом. У нас в области криминал тоже был. В Калининграде он закончился, мне кажется, в 2010 году. Тогда у многих агентов машины горели, и мою тоже подожгли. Однажды санитарам в морге по голове дали. Когда я отказался платить за информацию о смерти, мне на машине писали «Верни деньги», кресты подкладывали. Были случаи, когда санитаркам из БСМП на машинах писали «Я продаю информацию о смерти». Сейчас основной криминал сосредоточен в Черняховском районе, там и сегодня ритуальные агентства и катафалки горят. А таких историй, чтобы у людей могилы разрывали, гробы выбрасывали или кого-то из ритуальной сферы убивали - такого у нас никогда не было.

- Правда ли, что цены на ритуальные услуги с начала пандемии выросли в несколько раз?

- Нет. По той аналитике, которую я сам провожу, за последние три года цены на различную атрибутику выросли примерно процентов на 10. Я лично закупаю гробы и венки в Польше и в различных регионах России, прямо сейчас жду поставку двухсот лакированных гробов, и все расчеты постоянно сверяю. Однако выросли теневые издержки. Та же покупка информации о смерти три года назад стоила 3 тысячи рублей, а сегодня, как говорят, она уже обходится от семи до десяти тысяч.

- Кто получает эти деньги?

- Насколько мне известно, это в первую очередь скорая помощь. Следом за ней - сотрудники экстренных служб, потому что у них высвечиваются сотовые телефоны, с которых поступает звонок. Человек может даже не представляться, а сотрудники уже видят, кто им звонит. Все эти данные перекидываются в ритуалку. На последнем месте сейчас полиция, хотя раньше по количеству информаторов она была на первом. В общем, занимаются этим все, у кого только есть доступ к первичной информации.

- То есть принципов каких-то нет у этих людей?

- Абсолютно. В разные времена это могли быть спецбригада скорой, рядовые сотрудники МЧС, которые вылавливают утопленника, вскрывают машину на ДТП или квартиру с трупом, сотрудники ГИБДД. Полицейский откатает по пальцам погибшего жулика, личность его установит - звонит. Диспетчер службы часто понимает по интонации звонящих, насколько плохо дело, и тоже дает сигнал ритуальщикам. Как правило, это низшее или среднее звено. Но есть в регионе больницы, где этим занимаются именно врачи. Родственники всегда узнают последними. Когда я работал ритуальным агентом, я всегда приезжал на адрес быстрее скорой. Бывало, стоял под окном и ждал, спасут или нет. Фельдшер выходит и говорит: «Иди». И я заходил. И сейчас все так же происходит.

- Меня на месте родственников взбесило бы появление агента.

- Такое случается, но, что называется, «добивают». Бывает, что агенты ездят в паре. Одного выгнали, заходит второй. Стучат в дверь, говорят: «У вас несчастье?» Там все в панике, но они, конечно, не представляются агентами. Могут сказать, что из бюро регистрации несчастного случая или из морга и, мол, не навязывают ритуальные услуги. Самое главное для агентов - зайти в квартиру. Только зашли, сразу обращают внимание, кто и что говорит, подстраиваются. Обязательно будет крик: «А как же мы хоронить будем?» И они советуют вызвать полицию, сами приводят сотрудника на дом. Все, люди уже «готовы». Они дают паспорт, все подсказывают. После этого агент берет предоплату.

- А как информаторы вообще выходят на ритуальных агентов?

- Город-то маленький, обязательно находились знакомые и родственники, работающие в смежных сферах. У одного агента папа работает водителем на скорой, у второго - мама на подстанции, у третьего - двоюродная сестра в реанимации БСМП, а это кладезь информации. Информация о смерти нарабатывается годами. Сначала у агента одна спецбригада скорой. Потом их коллеги тоже просятся к тебе на «работу». А потом агент уже выходит на подстанции, где самая оперативная информация. Сколько бы там камер ни вешали, сколько бы диктофонов ни включали, все равно люди находят множество способов ухода от слежки администрации и сливают информацию. Верховодили, кстати, этим, насколько мне известно, старшие медсестры, у которых все поставлено на поток.

- И сколько может получить медицинский работник на сливе информации?

- Если информацию сливать хотя бы по 7 тысяч, получается ощутимая сумма. Конечно, они не все себе в карман кладут, делятся друг с другом.

- Многие сталкиваются с тем, что стоит человеку умереть, а к родственникам уже приезжают агенты, визитки свои суют. Если этот агент уже оказал некоторые услуги, можно ли отказаться от дальнейшего с ним сотрудничества?

- Конечно. Часто бывает, что агент занимается волокитой и клиент обращается к другим людям. Проблем после этого не бывает, как правило. Дело в том, что многие агенты не трудоустроены официально, они никто, безработные. Таких 90%, я думаю.

Ковидные тонкости

- Ты говоришь, что гробы заказываешь за пределами региона. Здесь их разве не делают?

- Они тут колхозные. Иногда их заказывают, когда вообще брать нечего. Дело в том, что из-за курса и новых таможенных пошлин из Польши гробы возить стало невыгодно. Кроме того, грузоперевозки сильно подорожали. Некоторые берут калининградские страшные гробы, которые еще и стоят дорого. На закупе они 11 тысяч рублей, а продаются от 20.

Калининградские гробы, по словам Татаренкова, низкого качества, поэтому приходится завозить их из «большой России». Получается недешево.

Калининградские гробы, по словам Татаренкова, низкого качества, поэтому приходится завозить их из «большой России». Получается недешево.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

- Как сегодня проходят похороны ковидных пациентов?

- Так же, как и всех, но только в закрытых гробах, плюс некоторые ограничения.

- А бывает, что покойников из-за этого путают?

- Недавно был случай, когда в Новосибирск не того человека отправили. Но агенты сейчас фотографируют покойных и отправляют родственникам их лица перед закрытием гроба. Правда, часто человека узнать сложно. Если это женщина, то она без макияжа, конечно. Да и вообще некоторые покойники после смерти выглядят неважно. Вот только недавно у меня был случай, когда я отправил родственнице фотографию, чтобы она сказала, он это или не он. Она сказала: «Не он». В итоге похороны приостановились, дождались приезда этой родственницы. Она рассказала, где у покойного татуировка, мы вскрыли пакет и нашли эту татуировку.

- То есть до сих пор в Калининграде пакеты используют при похоронах?

- Да, и гроб заколачивается в морге.

- А какой в этом смысл?

- Никакого. В некоторых регионах России умерших от ковида хоронят как и всех остальных. Только одно условие соблюдается - на траурном мероприятии не должно быть большого скопления людей. Вероятность от трупа заразиться ковидом практически нулевая. Насколько мне известно, вирус живет только в живом теле.

- Ты согласен с официальной статистикой смертности от ковида?

- Лично я нет. Я, например, смотрю, сколько умирает по официальной статистике, а потом заглядываю в статистику ЗАГСа по избыточной смертности.

- В минздраве не раз говорили, что озвучиваются цифры с задержкой от двух недель.

- Я бы на месте минздрава давал информацию день в день, чтобы люди вакцинировались активнее. Понятно, что если мы будем без прививок вырабатывать коллективный иммунитет, то многие не выживут. Остается только вакцинация.

Рост количества смертей и цена похорон

- Сколько сейчас стоит похоронить человека в Калининграде?

- Тысяч 50-60, правда, нельзя исключать коррупционную составляющую. В эту сумму входит гроб, услуги копателей, венки, крест и так далее. А если все делать через ритуального агента, купившего информацию о смерти, то дороже, конечно. Ему нужно заработать где-то 15 тысяч, то есть минимум 22 тысячи он вытянет из людей. Кроме того, ритуалка, которую он представляет, тоже должна заработать на своей продукции. А цены на гробы и венки там всегда сильно завышены. Вывоз тела должен быть бесплатным, но и за это многие берут деньги.

- Правда ли, что за ускорение процедуры похорон тоже приходится платить?

- Так было всегда. Стоит это от 10 тысяч рублей. Это дополнительный заработок для агента. Он может приехать в морг и узнать, что вскрытие могут провести послезавтра, но родственникам сообщает, что вскрытие проведут лишь на следующей неделе. То есть бывало, что агенты сначала загоняли людей в проблемы, а потом срубали бабки за ускорение процедуры. Отсюда, кстати, и слухи о переполненных моргах. Могу сказать, что переполненные морги у нас были лишь перед Новым годом. Тогда и смертность выросла, и не знали, как ковидные тела перевозить. Пакетов для трупов не было, и возили их в обычной пищевой пленке. Тогда же, кстати, и гробов в регионе не хватало. А потом логистика была отрегулирована, «трупов до потолка» не было.

- Сколько времени уходит на организацию похорон?

- Если человек умер не от ковида, то на третьи сутки похоронить реально. С ковидом - это дней 5-6.

- По каким признакам ты еще можешь определить, что смертность стала расти?

- С начала эпидемии у меня выросло количество заказов. Где-то на 4-5 заказов в месяц стало больше. Допустим, раньше я хоронил 20 человек, а сейчас - 25-30. Это нерелевантно, конечно, но ведь и количество агентов тоже выросло. До пандемии во всей ритуалке региона работало 72 агента (это и «черные», и «белые», и «серые»), а сейчас их около 120. И всем не просто хватает работы, количество заказов подросло почти у всех. Новые ритуальные агентства открываются активно.

В землю или в крематорий?

- Есть разница по стоимости в зависимости от места, где расположено кладбище?

- Конечно. Все зависит от муниципалитета, цены устанавливает он. Самое дорогое кладбище у нас в Гурьевском районе, там рытье могилы стоит 14 300 рублей. Но есть еще мемориальное кладбище в Медведевке, там цена 14 700 рублей. Вообще земля везде предоставляется бесплатно, но рытье могилы стоит по-разному. В Косме, например, подхоронить стоит 11 тысяч, на проспекте Мира - 12 тысяч (но могут быть демонтажные работы, которые тоже стоят денег). В Багратионовске рытье стоит 8 тысяч, в Сазоновке - 10 тысяч, а самое дешевое место - в поселке Победино Краснознаменского района. Там рытье стоит 4,5 тысячи.

- Кстати, о подхоронках. Я как-то гулял в Москве по Донскому кладбищу и видел целые списки людей на одном надгробье. Под камнем могли лежать по 10-15 человек. В Калининграде так же?

- Я называю это «слоеным пирогом». На проспекте Мира, например, я знаю одну родственную ограду размером 2 на 2,5 метра, где похоронено 9 человек. Но это законно. Выходят сроки минерализации, и хоронят одного на другом.

- В Калининграде есть проблема с местами на кладбище?

- Запас пока есть. На год примерно, а потом с текущим уровнем смертности могут начаться сложности. Выделение новых участков - это актуальная проблема. Нужно новое кладбище площадью в несколько десятков гектаров, чтобы снизить социальный градус по местам.

- А часто просят кремировать покойника?

- Конечно. Я отправляю на кремацию в Минск, в Москву или в Санкт-Петербург. Цены там примерно одинаковые, все зависит от очереди, которую приходится мониторить. К примеру, звоню я в Питер, и мне говорят: «Леш, очередь - 4 дня». Тогда я набираю Московскую область, крематорий там на границе с Тульской областью. Отвечают: «Пусто». Покойник сразу едет туда. Все это удовольствие обычно обходится в 78 тысяч. Это дороже обычных похорон, потому что своего крематория у нас до сих пор нет. Вернее, есть у одной компании мобильный крематорий, который закрыт судом. Но люди как-то умудряются получить услуги в Калининграде. Я туда не обращаюсь, конечно. Стоят его услуги от 50 тысяч, по-моему. Но люди просто не видят, в каких условиях проходит кремация и проходит ли она вообще. Компания забирает тело, люди подписывают добровольное соглашение, что они не против, а урну им отдают примерно через неделю. Что в ней - неизвестно.

- То же самое можно сказать про любой другой крематорий, мне кажется.

- Нет. Дело в том, что частных крематориев у нас быть по закону не может. А в государственных ведется учет и контроль. Там выдается справка о кремации. Без этой справки урну невозможно официально захоронить ни на одном кладбище России. Кстати, колумбариев в Калининградской области также нет, поэтому урны закапывают в землю, как гробы. На рытье лунки есть свой тариф. Если не ошибаюсь, это 2,5 тысячи стоит.

Покойница в водолазном костюме

- Вспомни самые странные причуды заказчиков.

- Прямо сейчас заказчица попросила ее маму завить. Гроб мы будем отправлять из Калининграда во Владивосток, и женщина полетит в бигудях. Очень часто просят в гроб положить заряженный мобильный телефон. Чтобы человек, если что, позвонил оттуда. Причем отдельно оговаривается, что телефон надо на грудь положить, чтобы оживший покойник долго не искал. Однажды мы в гроб удочки положили, потому что мужчина рыбаком был. На отпевании батюшка эти удочки начал вытаскивать со словами «в гробу ничего лишнего быть не должно». Но вдова любимый спиннинг мужа все равно засунула и сказала, что он на том свете рыбу ловить будет. Как-то хоронили парня в мотоциклетном шлеме. На Южном обходе он на огромной скорости мчался и разбился, голова вместе со шлемом улетела на территорию погранинститута, через забор. Так в этом шлеме и похоронили, правда, долго крышку закрыть не могли.

- Ужас!

- А еще одна история произошла с мужчиной, которого сбил поезд. Была зима, он по путям в наушниках шел. Повезли его хоронить на Цветковское кладбище, где в тот день рабочий день до четырех был. Была уже половина пятого, а гроб все не везли. Начинало темнеть. Когда позвонили водителю катафалка, он ответил: «Мы на переезде стоим». Переезд буквально в двух километрах от кладбища, поэтому мы не дослушали и положили трубку. Через 15 минут никто не приехал, перезваниваем. Оказалось, водитель ждал ГИБДД: в катафалк, который на путях застрял, поезд въехал. То есть мужика, которого поезд сбил при жизни, еще и после смерти сбили. Он даже из гроба вылетел.

- А сами агенты попадают в нелепые ситуации?

- У меня есть знакомый агент, который занимается подводной охотой. Однажды он поехал на вызов прямо с моря - пенсионерка умерла. Гидрокостюм его лежал в багажнике в пакете из «Виктории». Родственники передали вещи, в которые бабушку одеть, точно в таком же пакете. Так как он торопился, да и сам по жизни невнимательный, в морге он пакеты перепутал. И вот когда подсобные рабочие приехали утром в морг получать бабулю, они офигели, потому что она была одета в гидрокостюм и даже в маску аквалангиста. Подсобные набрали агента и спросили, действительно ли так хоронить будут. Тот побежал к машине и нашел пакет с вещами покойной. Но костюм было уже не снять. Пришлось ему заплатить, чтобы его разрезали и бабушку одели в нормальную одежду. Родственники даже не в курсе.