Морпеха Кожевникова били головой о стену, чтобы подчинялся

25 ноября прошлого года военные отрапортовали, что плановое задание Главного штаба ВМФ выполнено. Отдельный десантно-штурмовой батальон морской пехоты, элита и гордость 336-й гвардейской бригады, на 100 процентов укомплектован контрактниками. Это был очередной шаг к вожделенной мечте отечественных правозащитников – профессиональной армии. Веский повод для радости. А также для определенных надежд: уложившись в сроки федеральной целевой программы, можно было рассчитывать на освоение 22 миллионов рублей еще до конца года. Ведь классному ОДШБ необходима соответствующего уровня инфраструктура. Для качественной организации боевой учебы и повседневной жизни личного состава. Не в Балтийск, так в Чечню? Матроса Игоря Кожевникова можно считать исключением из правил. В отличие от большинства своих сверстников, служить он хотел. И не только не стал «косить» от армии, но даже скрыл сотрясение мозга, которое умудрился получить за 10 дней до призыва. Боялся, что не возьмут в морскую пехоту, о которой мечтал с детства. И четыре года до призыва усиленно занимался боксом. - В «учебке» особых проблем не было, - рассказывает парень. – 22 ноября выяснилось, что дальше предстоит служить в десантно-штурмовом батальоне. Перед самым распределением меня и еще четверых моих товарищей вызвали на собеседование. И предложили подписать контракт на 3 года. Обещали оклад 5 тысяч 700 рублей плюс материальная помощь. Говорили, что часто отпускать домой будут, в увольнения по праздникам. Даже уверяли, что желающие могут жить не в казарме, а снять квартиру в Балтийске. Но самое главное – гарантировали, что после того, как официально станем наемными служащими, об угрозе «дедовщины» можем забыть. Действительно, кто же над наемником издеваться осмелится? Но кроме пряника для упорно сомневающихся или слишком долго колеблющихся был припасен и кнут. - Сын подписал контракт, чтобы не попасть на Тихоокеанский флот, а то и в Чечню. Им всем обещали это устроить, если откажутся, - сказала мне Вера Кожевникова, мать Игоря. Ничего, кроме тягот и лишений В реальности новоиспеченным «контрактникам» первым делом пришлось забыть о съемном жилье, удовлетворившись кубриком на четверых. В увольнения не отпускали. Необходимую экипировку приказали собрать самим – казенной в наличии не оказалось. Кто не смог достать все, что нужно, подверглись суровому наказанию. В общем, профессиональная служба как-то подозрительно сильно напоминала срочную. Единственное, что оказалось правдой, так это физические нагрузки, которые в ДШБ запредельные. А чтобы новички более стойко переносили гарантированные присягой тяготы и лишения, в ход шли методы, не прописанные ни в одном из уставов. - В течение недели сержанты поднимали нас с коек каждую ночь, - продолжает Игорь. – И начинали «прокачивать». То есть заставляли по 500 раз отжиматься от пола, делать тысячу-полторы приседаний, прыгать. Кто не выдерживал издевательств, избивали. Приходившие на службу по утрам офицеры видели синяки на наших лицах. Даже спрашивали, что случилось. Мы, конечно, врали, что сами, мол, виноваты – оступились, случайно ударились. Сержанты обещали - тому, кто пожалуется, попадет еще больше. Когда в конце ноября Вера Васильевна захотела проведать сына, тот едва упросил ее не приезжать. - У меня синяки не сходили, не хотел, чтобы мама меня таким видела, - поясняет Игорь. Но еще через две недели мать все-таки приехала. Наверное, чувствовала, что не все в порядке. Худшие подозрения подтвердились: сын хромал, на лице ссадины. Расстроившаяся до жуткой головной боли женщина все же догадалась запечатлеть следы побоев на видеопленку, благо вместе с ней проведать двоюродного брата приезжал 13-летний племянник с камерой. Где деньги, блин?! Вдоволь нахлебавшийся «профессионализма» Кожевников неоднократно пытался вернуть себе статус срочника. Тогда появилась бы надежда сократить кабалу хотя бы на год. Однако офицеры, которым он жаловался, что его заставили подписать контракт насильно, в ответ лишь пожимали плечами: это твои проблемы, парень. И что самое удивительное, за два месяца контрактной службы матрос не получил ни копейки из обещанной многотысячной зарплаты! - В финчасть я ходил, - поясняет морпех. – Меня не оказалось ни в одной ведомости. Нас таких несколько человек оказалось, кого я знаю. Потом мне подсказали, что нужно обратиться к начштаба. Но просто так он помогать не станет, с зарплаты нужно отдать 2 тысячи, блин! Не стал этого делать принципиально. В январе Игоря наконец положили в госпиталь. У него постоянно болела голова, после того как в туалете его ударил о стену старший сержант. А во время очередного избиения Кожевникова от души шарахнули спиной об угол. И бойца постоянно мучили боли в районе позвоночника. Каждый пятый – вне закона История контрактника Кожевникова все-таки стала достоянием гласности и без помощи командования бригады. После прокурорской проверки оказались опротестованными сразу три приказа о зачислении на службу по контракту 83 призывников, а также военнослужащих, переведенных из других частей. Стоит обратить внимание на даты этих документов. Приказ № 269 издан 21 ноября прошлого года – контрактниками стали 2 человека. Приказ №270 о зачислении на контрактную службу 24 матросов увидел свет на следующий день. И, наконец, 23 ноября приказом №271 ряды десантников-штурмовиков пополнили еще 57 бойцов. Напомним, до срока окончания действия федеральной целевой программы и установленной Главным штабом ВМФ даты, оставалось всего два дня. Успели-таки! Надо отдать должное военному прокурору Балтийского гарнизона Попову, чьи инициалы значатся под протестом. Полковнику юстиции одним росчерком пера удалось вывести из строя пятую часть личного состава отборнейшего подразделения морской пехоты. - Что же нам теперь, кроме обычных войсковых частей, выходит, еще и за контрактниками нужно следить?! – в комитете солдатских матерей Калининградской области, похоже, обескуражены всей этой историей с контрактами и «профессиональной дедовщиной». - Нелепость ситуации в том, что мы двумя руками за контрактную службу, - говорит председатель комитета Елена Бонцлер. – Но, конечно же, не в таком извращенном виде. То, что творится в ДШБ сейчас, не только ничем не отличается от банальных неуставных отношений, но и превосходит их. Ведь к традиционным признакам «дедовщины», если сведения о невыплате зарплат подтвердятся, примешивается еще и финансовый аспект. Кстати, по ходу подготовки этого материала насчет денег кое-что выяснить удалось. Судя по всему, их просто не положено было выплачивать – контракты-то фиктивные. Получается, о творимом беззаконии, по крайней мере, офицерам-финансистам бригады было известно еще до того, как на него отреагировала прокуратура? Стиснув зубы, служить дальше В отличие от Игоря Кожевникова Вадим Дударов подписал контракт, уже полностью отслужив срочную. Сначала остался в своем Гвардейске – там дислоцируется учебный полк береговых войск Балтфлота. Первое время служба его вполне устраивала, но после того как в части сменился командир, условия изменились к худшему. И Вадим написал рапорт с просьбой о досрочном расторжении контракта. Однако вместо увольнения его ждал перевод в бригаду морской пехоты в Балтийске. - С командира любой части, где служат контрактники, строго спрашивают за их увольнение, - объясняет Дударов. – И чтобы не подставиться под неприятности, предпочитают перевести «профессионалов» в другую часть. Пусть тамошнее начальство отдувается. О том, куда я попал, понял уже спустя месяц. Будто по второму разу на срочную пошел. Увольнения – редкий праздник, снимать жилье в городе не по карману, в Балтийске это едва ли не дороже, чем в Калининграде. Так что, даже когда женился, пришлось остаться в казарме. Ведь комнату в семейном общежитии тоже предоставить отказались. За месяц написал 15 рапортов на увольнение, не подписали ни один. Комроты мне в лицо заявил: «Заключил контракт – служи, государство в вас такие деньги вбухало, а вы – увольняться?!» А какие деньги? Платят 6,5 тысяч, хотя обещали 9. Да еще чуть что – лишают премиальных и прочих надбавок, в итоге выходит еще меньше. Поняв, что добром уйти не удастся, Вадим решил добиться увольнения за несоблюдение условий контракта. Бывало, без всякого разрешения не появлялся в батальоне полтора месяца. Бесполезно. Парень признался, что сам в толк не возьмет, почему его так упорно продолжают держать на службе. - Из тех контрактников, кто в моей роте, половина, наверное, тоже стремится уволиться. Говорю же, все как на срочной, и даже похуже. Некоторые сбегают постоянно. Их ловят, запирают между решеткой на входе оружейной комнаты и ее основной дверью. Получается вроде тесной клетки. Случается ли «неуставняк»? Ну, у нас еще народ сравнительно взрослый, постоять за себя в случае чего способен. А в тех ротах, где на контракте вчерашние срочники, вполне может быть. Нарушения формального характера Смелость и самоотверженность начальника пресс-службы Балтфлота, капитана I ранга Лобского у меня лично вызывает искреннее уважение. Анатолий Васильевич всегда без колебаний готов «закрыть собой амбразуру», отстаивая честь мундира. Вот и на этот раз он предпочел вызвать огонь прессы на себя, а не подставлять тех, кто непосредственно занимался спешным сколачиванием контрактных подразделений. - Протест военного прокурора имеет скорее формальный характер, - считает Лобский. – Просто при формировании ОДШБ командование автоматически посчитало, что раз парни осеннего призыва, значит, полгода уже успели прослужить. Поэтому никакой катастрофы не вижу: ну, расторгнут с ними незаконные контракты и тут же заключат новые, уже как положено. Необходимые сроки-то уже подошли. Слабо верится начальнику флотской пресс-службы и в факты запугивания, имевшие место при заключении злосчастных контрактов. Всю подобную информацию он предпочитает списывать на «больное воображение госпожи Бонцлер». М-да, не любят военные моряки солдатских матерей… - Конечно, соответствующие проверки будут проведены, - заверяет Лобский. – И если перегибы со стороны командиров подтвердятся, виновных накажут. Однако не думаю, что все это носило столь массовый характер, как это пытаются представить отдельные склочные мамаши. После такого ответа задавать вопрос о «дедовщине» в подразделениях контрактников уже было не то что не ловко, а как-то даже бессмысленно. Оставалось лишь поблагодарить офицера, по крайней мере, за откровенность. P. S. «Дедовщина» в отдельном десантно-штурмовом батальоне бригады морской пехоты признана уже официально. Как сообщил командующий береговыми войсками Балтфлота Василий Артюх, в ходе проверки подтвердилось, что матрос Кожевников пострадал в результате неуставных отношений. В отношении виновных в издевательствах над контрактником прокуратурой Балтийского гарнизона возбуждено уголовное дело. После лечения в госпитале Игоря переведут в Калининград для дальнейшего прохождения службы. НАША СПРАВКА Вооруженные силы «средней руки» Более трети новобранцев нигде не учились и не работали. Немало пищи для размышлений о причинах неуставных отношений в армии могут дать цифры, озвученные военным комиссаром Калининградской области Александром Пономаревым. Осенью 2005 года на срочную службу призывались 6 тысяч 324 калининградских юноши. Однако в войска отправились лишь 1 тысяча 250 человек. Остальные получили различные отсрочки (54,8 процента), а то и полностью были освобождены от военной службы (25,5 процента). Только каждый десятый новобранец имеет за плечами высшее образование, а 3 процента призывников вообще посчитали достаточным получить начальное. При этом 35 процентов будущих защитников Родины до армии официально нигде не работали и не учились. Остается догадываться, какие такие «университеты» они проходили. Показатель признанных полностью годными по здоровью для несения военной службы у нас в регионе даже превышает среднероссийский – 73, 4 процента против 69, 7 процентов. Вместе с тем врачи призывных комиссий отмечают рост нервно-психических заболеваний тех, кому может быть доверено оружие. И то, что пока речь идет о считанных процентах (с 2 до 3), успокаивать не должно. Статистика (тем паче, военная) – вещь лукавая. ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ Хуже «дедовщины» может быть только рекрутчина Я лично сомневаюсь, что прокурорский протест возымеет действительно серьезные последствия. В конце концов, пока суд да дело, прошел необходимый по закону остававшийся месяц. И теперь тех же срочников можно «уговаривать» подписать контракт, уже совершенно не опасаясь никаких проверок. Исходя из слов Анатолия Лобского, кстати, именно так и происходит. Другое дело, что у любого здравомыслящего человека боевые возможности прослужившего всего полгода «пса войны и угрозы НАТО» вызывают обоснованный пессимизм. Но кому в высоких армейских и флотских штабах это интересно? Противно смотреть на людей в погонах со звездами различной величины, лепечущих с экрана телевизора какую-то ерунду про солдата, который добровольно довел себя до ампутации ног, стремясь «закосить» от службы. Неужели отцы-командиры всерьез рассчитывают, что им кто-то поверит? Как они сами, видя синяки на лицах солдат, предпочитали «верить» объяснениям типа «при чистке оружия ударился лицом о приклад, и так семь раз»? Обидно за профанацию идеи современной профессиональной армии, в которую бойцов набирают, как 300 лет назад, фактически по рекрутской системе. Кстати, вот вам и ответ на вопрос, поможет ли планируемая новая силовая структура – военная полиция – справиться с «дедовщиной». Что, в полицейские из другой страны будут призывать? Или, еще лучше – с другой планеты? Как возможная реакция на публикацию наверняка вновь последуют попытки обвинить прессу в «очернении», «неконструктивном подходе», «нападках» и прочем. Но ничто так не дискредитирует даже самое что ни на есть благое начинание, как безудержное стремление к показухе. Когда главное – не действительно выполнить поставленную высоким начальством задачу, а вовремя отрапортовать о ее выполнении, лихо щелкнув каблуками и взяв под козырек. А потом хоть трава не расти, столичная комиссия уедет, все потечет по-старому. Мы очень хотели контрактной военной службы. Мы ее получили. Что ж, наверное, пока только такой и может быть профессиональная армия в нашем государстве. И для того, чтобы изменить положение к лучшему, одной реформы вооруженных сил (да еще в подобном воплощении) недостаточно. Для начала неплохо бы разобраться с ситуацией в обществе. Тут господа офицеры целиком и полностью правы: армия – всего лишь его отражение.