Боцман с "Thai union 3" Сергей Рассоха: "Обидно было, что из русского оружия по нам стреляют!"

Прошло всего несколько дней после того, как освобожденные из плена моряки «Thai union 3» вернулись домой в Калининград. «Комсомолка» начинает серию публикаций о людях, которые провели четыре с лишним месяца в заложниках. Наш первый герой - боцман Сергей Рассоха. Бывалый моряк согласился встретиться с «Комсомолкой» и рассказать о пиратах и захвате.

Сергей живет в типовой многоэтажке, которых много в Балтийском районе. Он встретил нас на пороге квартиры и пригласил на кухню. Моряк загорелый, с доброй улыбкой - словно и не было мучительного сомалийского заточения.

- Места на кухне немного. Ну, как говорят, в тесноте, да не в обиде, - говорит он.

В 1981 году Сергей приехал в Калининград из Калмыкии и поступил в мореходную школу, решил, что будет покорять моря и океаны.

- Первый свой поход в январе 1981-го помню, как сейчас. Наш пароход «Орион» отправился к берегам Африки - бороздили Индийский и Атлантический океаны, ловили рыбу. Этим я и занимаюсь уже почти 30 лет. Слышал о пиратах, об опасных районах. Но никак не ожидал, что на старости лет столкнусь с этими бандитами лицом к лицу…

СТРЕЛЯЛИ, НЕ ДУМАЯ

На тунцелов «Thai union 3» Сергей попал в 2001 году и с тех пор ходил только на нем.

- Судно стало для меня вторым домом: я там каждый закуток, каждый метр палубы знаю, - говорит моряк. - Боцман - это старший в палубной команде. Я везде участие принимаю: стою на лебедке, за матросами слежу. Контролирую работу иностранных моряков. Вот с нами были жители Филиппин и Ганы - смуглые ребята, исполнительные, получше наших будут! Им дашь задание, они отвечают: «Есть, сэр!» и работают.

В злополучный рейс боцман отправился в июне 2009 года. Несколько дней судно простояло на ремонте в Сингапуре, потом отправилось в океан за тунцом.

- В очередной раз, наловив рыбы, мы пошли на выгрузку. Благополучно разгрузились и пустые двинулись назад. Тут нас и прихватили, - говорит Сергей. - Подъем у нас был в семь утра. Вот мы встали, позавтракали и вышли на палубу, чтобы настроить стрелы подъемных кранов. Было восемь часов, когда наш матрос Олег поднялся на мачтовую смотровую площадку и начал нам что-то отчаянно кричать. Высота большая и мы не сразу поняли, что кричит он: «Пираты! Пираты»! Когда опомнились, было уже поздно... Я глянул на воду: ба, нас нагнали две четырехметровые пиратские лодки! В одной - четыре человека, в другой - пять. Все - с автоматами. Не медля, они начали стрелять по мачтам и по Олегу. Вниз на нас посыпалась краска. Мы и не сразу поняли, что происходит. В открытом море звуки от выстрела рассеивались и становились едва слышными. Ну а когда смекнули, побежали внутрь парохода, в коридор. Судно продолжало идти, не останавливаясь. Думали, оторвемся. Пираты не отстали и вновь начали лупить по нам из автоматов Калашникова, на этот раз серьезнее, по-настоящему. И главное обидно было, что из русского оружия по нам стреляют!

Вскоре капитан по громкой связи объявил: «Всем членам экипажа сохранять спокойствие и ничего не предпринимать. На борт уже влез вооруженный человек»! Оказалось, пират залез на тунцелов по срезу на корме, который предназначен для удобства моряков. Потом - в рубку, где и выстрелил в капитана Сергея Харлана.

ТЕЛЕФОН ИЛИ ЖИЗНЬ

Сергея, еще 23 человек, в том числе и раненного капитана, отвели в каюту старпома - небольшую комнатку четыре на четыре метра. На кровать положили раненного, остальные сели на пол.

- Теснота была, конечно, страшная, - говорит Сергей. - Но мы все себя достойно повели. Никто не сопротивлялся. А вот один матрос-филлипинец, член нашей команды, повел себя неправильно. Он достал свой паспорт, мол, ребята, я не с русскими, я свой, смугленький. Но пираты слушать не стали - ударили и направили на него автомат. Больше он не говорил ничего. Два с половиной месяца приходил в себя - накроется полотенцем с головой и сидит целый день так. Потом отошел.

Из каюты старпома моряков выводили по одному и тащили в личные каюты. Дошла очередь и до нашего героя.

- Подошел ко мне чернокожий парень, как потом выяснилось, по имени Мухаммед, и жестами показывает: «Веди туда, где ты спишь, в свою каюту». Я отвел. Он потребовал деньги. Я достал две тысячи рублей, больше ведь не было и говорю: «Это русские деньги. Зачем они тебе?» Он взял 10 рублей, посмотрел на них и орет: «Это евро!». Я спорить с ним не стал. Потом он приставил мне ко лбу пистолет и говорит: «Давай телефон»! А я ведь телефон не брал в рейс, дома его оставил. Пришлось под дулом объяснять, что звоню я не с мобильного, а по телефонной карточке. Доказал с трудом.

Пираты оказались людьми злобными и непредсказуемыми. Один - высокий и худой, как бамбуковая палка, был среди налетчиков за старшего. Мухаммед - его правая рука. Шали - помощник. Был еще один, по имени Чика - самый отмороженный: маленький и вредный. Остальные разбойники своих имен не называли.

СУВЕНИР ИЗ СОМАЛИ

Бандиты повели судно в пиратскую базу, а по пути, который занял три дня, забрали у наших ребят все, что было можно: телефоны, ноутбуки, DVD-проигрыватели, деньги, одежду… В каюте старшего трал-мастера разбойники устроили склад. Там же переоделись в шорты и рубашки моряков.

- Был среди пиратов один, самый главный, который появлялся редко, наверное, он вел переговоры. Звали его Али: лицо свирепое, постоянно наготове, хорошо говорил по-английски. Так он оделся в мою одежду! Я удивился даже, увидев на нем свои ботинки, брюки, рубашку и куртку! Матросы шутили: «Гордись, боцман! Видишь, кто в твоей одежде ходит!»

В пиратской базе на «Thai union 3» поднялись 16 человек охраны - парни с автоматами. Судно поставили на якорь - так и простояло оно несколько месяцев вплоть до освобождения.

Всю провизию у моряков забрали пираты, взамен доставили на судно затхлые макароны и прелый рис. Сами разбойники питались отменно: даже привозили на тунцелов коз и резали их прямо на палубе.

Сергею повезло - пираты обязали его каждый день выходить на палубу и проверять уровень пресной воды в емкостях. Так удавалось пять минут подышать свежим воздухом.

- Однажды на носу судна я нашел гильзу от автомата Калашникова. Отлетела, наверное, когда пираты по нам при захвате стреляли. Гильзу я взял с собой на память, - рассказывает Сергей и показывает нам гильзу. - Возьмите, я дарю ее вам! Мне гильза не нужна - хочу быстрее забыть о плене.

По словам боцмана, теплее всего в плену грели мысли о любимой жене и дочерях. С ними он засыпал и просыпался каждый день в плену. Сегодня Сергей не скрывает радости.