Сколько зарабатывают поляки на бензине из Калининграда

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

В начале мая польская таможня ввела новые правила для тех, кто слишком часто пересекает границу с Россией. Под раздачу попали, в основном, польские «бензовозы», торгующие на родине дешевым российским бензином и солярой. Их обложили топливной пошлиной, что разом лишило дополнительного дохода десятки семей в приграничных городках. Возмущенные поляки вышли «на баррикады» и дважды за месяц перекрывали подъезды к границе в Голдапе и Гжехотках.

Мы отправились в Бранево, чтобы разузнать, как развиваются события.

В одном месте убыло, в другом прибыло

Польша и Калининградская область - словно сообщающиеся сосуды. Начиная с конца 1980-х, когда приоткрыли границы, мы мотаемся друг другу по обычной человеческой надобности – купить, где подешевле, и продать, где подороже. Вам не приходилось торговать на польских рынках носовыми платками и давилками для чеснока? А спирт «Рояль» вы никогда не считали «жидкой валютой»? И вы отродясь не видели мужиков в колготках, набитых пачками сигарет? Стало быть, вы либо не местный, либо голодуха времен перестройки обошла вашу семью стороной.

В Бранево самая большая безработица во всем Ольштынском воеводстве. Не мудрено, что многих местных жителей кормит граница. Вернее, заграница.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Теперь в Польше, хвала Богу, и с носовыми платочками наладилось, и со спиртным. Сигареты – те да, еще дороговаты. Но главный предмет народного импорта – топливо.

Этой зимой я впервые стала свидетелем суровых будней обычного польского «бензовоза», подвозившего нас в гданьский аэропорт. Ранним туманным утром, громыхая всеми костями, старенький «Пассат» выдвинулся к границе. В полудреме я заметила, как он завернул в какой-то тупик на окраине Калининграда и уперся носом в наглухо закрытые ворота. Те отворились на условный стук, за ними обнаружилась маленькая АЗС, и наш водитель под завязку заполнил бак дешевой соляркой по 27 с половиной рублей за литр.

- Хороший дизель, зимой ни разу не замерзал! - уверял нас Марек.

На границе, завидев подходящего таможенника, Марек развеселился:

- Что, сегодня останешься без подачки?

И объяснил, что буквально чуть ли не каждый поляк, часто снующий через погранпереход с вполне понятными целями, платит российским таможенникам мзду – 100 рублей за каждый выезд. Иначе жди неприятностей.

Вот так, в неприметном лесочке, наши польские соседи сливают в канистры купленное в Калининградской области топливо.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Таможенник, и правда, недобро ухмыльнулся, когда мы показали российские паспорта. Видимо, брать сотенку при соотечественниках ему было неудобно…

Голодные «Пассаты»

И вот снова корявая Берлинка, упирающаяся в шикарный переход «Мамоново-2 – Гжехотки». На подъездах аж три заправки. Ранним будним утром народу тут немного. Все без исключения машины - раскорячившиеся на деревянных колодках под задним колесом «Пассаты» с польскими номерами. Это оптимальный бензовоз: столитровый бак, надежный двигатель.

Пожилой водитель неразговорчив: «Цо? Не, то для себе». Другой водила, молодой парнишка, немного говорит по-английски. Признается, что везет бензин на продажу, но пошлину еще ни разу не платил.

В «Мамоново-2» - тишь да благодать. В российской очереди – пара машин, а в польскую «колейку» подтянулась целая вереница «Пассатов».

- Почему-то они предпочитают группами ездить, - говорят наши пограничники.

Понятное дело: иные «бензовозы» вертятся как белка в колесе, им нужно успеть шмыгнуть в дырку в очереди, поэтому и ездят толпой, занимая друг на друга места. Стадный инстинкт не выключается даже когда на границе ни души.

С одного старенького «Пассата» можно «сдоить» сразу 100 литов.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

По оценкам сотрудников погранперехода, после введения новых правил очереди чуть уменьшились. Но, судя по всему, «Пассаты» еще долго будут символом польско-российских отношений…

В Гжехотках выяснилось, что мы абсолютно не готовы к последним веяниям. На вопрос польского таможенника: «Сколько топлива в баке?», наш фотокор Витя Гусейнов почесал макушку, а потом махнул рукой: «Хватит!»

Хорошо, что в наших паспортах не слишком много польских штампов, иначе такие шутки могли бы запросто вылиться в ощутимые траты. Теперь граждане Польши и России, которые ездят через пункт пропуска больше 10 раз в месяц с полным баком топлива, должны заплатить таможенную пошлину – от 2,5 до 2,9 злотого за литр (25-30 рублей). Об этом заявила Ольштынская таможенная палата, сославшись на общие правила Евросоюза, веденные еще в 2004 году. Они гласят, что человек может беспошлинно вывезти в ЕС только личные вещи.

Именно этот аргумент и вызывает у людей возмущение. Ведь кто сказал, что солярка в баке моей машины и канистра в багажнике не мой личный багаж? Почему я должна доказывать, что не продам или не подарю своему приятелю Мареку все это добро?

Тайна сия хранится в чиновничьих головах и кабинетах, куда простому смертному хода нет. Поэтому народ рассуждает неприхотливо: раз наверху что-то мутят, значит, кому-то это выгодно. С таким настроением сейчас живет Бранево, куда мы домчались за несколько минут, свернув направо с эльблонгской трассы. Там нас ждал добрейший Марек, хорошо говорящий по-русски и ставший нашим гидом и переводчиком.

Купил по 30, продал по 50

Заставить польского «контрабандиста» наглядно показать его ремесло - занятие безнадежное. Люди боятся, что их вычислят и перекроют кислород: за перепродажу топлива поляку грозит уголовная ответственность. В маленьком Бранево многих кормит граница, вернее, заграница. Народ здесь небогатый – владельцы крошечных магазинчиков, автомастерских, рыночные торговцы. У нашего туриста Бранево не вызывает никакого интереса, он проезжает его насквозь, делая остановки лишь у «Бедронки» и «Лидла».

Торговец Рышард Янушко – один из тех, кто поставил подпись под письмо в конституционный суд.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Поэтому российский дизель как для нас – польские сосиски: если дешевле, надо брать. И не только для себя, но и для соседа.

Но мы-таки уговорили Марека, а тот – своего приятеля Збышека. «Послушай, - говорил в трубку Марек. – Они твое лицо не покажут, и номера машины тоже». Приятель, наконец, согласился, и мы принялись, по выражению Марека, «клеить дурня» - валять дурака по нашему.

Збышек примчался, конечно, на «Пассате». Мы загрузили туда насос и шланг и поехали за город, просвистев перед носом у огорошенных польских погранцов, патрулировавших окрестности. На лесной дороге Збышек остановил машину, ловко присоединил к ее аккумулятору провод от насоса, сунул шланг в топливный бак и быстренько наполнил 20-литровую канистру соляркой. Ее, кстати, возят чаще, поскольку дизтопливо в Польше дешевле бензина и более востребовано.

Сколько получается с каждой «ходки»?

- У вас я купил соляру, допустим, по 30 рублей, - Марек загибает пальцы. – У себя продал по 50. Двадцать рублей с литра имею. За минусом моих расходов получается 2 000 рублей, это если я везу полный бак и канистру.

Марек со Збышеком – одни из 8 тысяч поляков, ежедневно пересекающих погранпереходы в Калининградской области. Может, все эти люди и подрывают польскую экономику, но логика их проста и понятна.

- Вот что я тебе скажу, - неторопливо рассуждает Марек. - Мой сын бывал в Венесуэле. На границе с Колумбией знаешь, сколько этих бензинщиков? И все потому, что в Колумбии топливо намного дороже. И там не на «Пассатах» ездят – на огромных американских машинах, переделанных под бензовозы. Внутри корпуса – сплошные полости, три тонны за раз контрабандой перевозят!

Чтобы откачать топливо из бака, используется обычный шланг и насос.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

В Польше уже минули времена, когда бензинщики делали аналогичный «тюнинг» своих авто: таможня лютует. За каждую лишнюю сигарету можно схлопотать солидный штраф: две пачки ввози, а открытую, с двумя последними папиросками, выбрасывай. А уж «Пассат», переделанный в «танкер», теперь музейная редкость.

Кстати, челночат только частники, предпринимателям это невыгодно: за использование польского топлива они имеют налоговые льготы.

Таможня перегибает

В Бранево мы навестили местного депутат польского сейма Войчеха Пенкальски – того самого, который возглавил «бензиновый бунт» в Гжехотках 11 мая.

Войчех родился в Бранево и живет здесь всю жизнь. По его словам, знает здешние проблемы от и до. Сейчас он представляет недавно созданную социально-либеральную партию «Движение Паликота» (Ruch Palikota).

- В начале мая, когда ввели пошлину на топливо, мне стали звонить мои избиратели, - рассказывает Войчех. – Я тут же поехал в Варшаву и встретился с министром. А сам через Фейсбук объявил народу, что в субботу нужно приехать в Гжехотки, где я все объясню. Пограничникам обещал, что все будет спокойно.

11 мая около 300 машин выстроились в огромную очередь у погранперехода.

- Нет такого закона, который бы запретил человеку ездить за границу, сколько он хочет, - горячится депутат. – И таможня не может по глазам узнать, зачем он едет. Это задача других служб.

По словам Пенкальски, люди подписались под обращением и потребовали отмены новых правил, в первый же день собрали 194 подписи. Сейчас на основании этого письма известный гданьский адвокат Рышард Бафия готовит иск в Конституционный суд Польши.

Войчех Пенкальски уверен на сто процентов – они выиграют дело.

- Все началось, как я понимаю, с очередей на границе. Но суть вопроса – она ведь чисто экономическая, как вы считаете, – спросила я депутата. – Покупают, где дешевле, и везут, где дороже.

На АЗС возле границы машины заполняют под завязку.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Это было, есть и будет, - соглашается Войчех. – Есть закон, есть конституционное право и таможня должна его соблюдать.

Что же будет?

В Бранево, по словам Войчеха Пенкальски, будут строиться три супермаркета.

- Для нас это конец, - предрекает депутат. – Разорятся маленькие магазинчики, а ведь уже сейчас в браневском районе 40 процентов населения – безработные. Что будет потом? Катастрофа… Иногда мне хочется поставить шлагбаум на гданьской трассе, чтобы туристы останавливались у нас.

- Может быть, здесь построить аквапарк и «Балтийскую галерею», и тогда многие в Гданьск и не поедут? – спрашиваю.

- У меня есть мысль открыть тут развлекательный парк и еще кое-какие планы, - говорит Пенкальски. – Но пока одна цель – выиграть суд и помочь людям.

А что же люди? Местный предприниматель Рышард Янушко – большой веселый человек, торгующий цветами на ранке, настроен не менее решительно, чем его депутат:

- Ведь кто это все придумал? Банда, которая для себя делает какую-то комбинацию, - режет он правду-матку. – Это попытки сломать демократию.

Рышард не скрывает, что и сам подписался под обращением в Конституционный суд. Он очень раздосадован и возмущен:

- Раньше я больше терпел от вашей таможни, а теперь наша трясет каждого маленького человека. Я десятки раз бывал на разных контролях, и ни разу у меня ничего не нашли. Потому что я всегда езжу по правилам. Два года назад я написал властям о злоупотреблениях, письмо ушло в таможню, а там уж ответили, как им надо. Дело закрылось. Но теперь мы будем стоять на своем, потому что есть конституция, правосудие, и наш адвокат Бафия уже выигрывал разные крупные дела… Они думают, что так остановят людей? Ха! Сегодня поеду я, завтра - жена, послезавтра – дочка.

Рышард приводит в пример немцев, которые не стесняются приезжать в Польшу за дешевыми продуктами и спиртным. При этом никому не приходит в голову проверять их на благонадежность.

- А очереди на границе? – интересуюсь я. – Ваши там утраивают заторы и ведут себя не всегда корректно. Недавно бензинщик из Бранево нашего парня монтировкой побил.

- Ну, это же маргиналы, - разводит руками Рышард. – А вообще, мы русских очень любим.

И пускается в рассуждения про Сталина и НКВД - вот их в Польше не жалуют - про международные браки и про то, что он мечтал бы побывать в Калининграде, съездить на море, до которого к нам ближе, чем в Сопот.

- Так приезжайте!- приглашаю я. – Все расскажем, покажем. Заодно и заправитесь!

И мы смеемся, довольные друг другом, и пожимаем руки на прощание. Все хотят жить как добрые соседи. Поэтому принцип «не пущать!» все-таки не наш принцип.

ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ

Мне не нравятся польские сосиски

Любовь АНТОНОВА

Слушайте, ну, хорошо. Жизнь так устроена, что если есть спрос, - появится и предложение. Наш бензин дешевле, - его контрабандой (по факту, а с 10-кратным ограничением уже и де-юре) везут и продают в Польше. Польские сосиски дешевле – их контрабандой везут и продают у нас, в Калининграде. Давайте называть вещи своими именами. При этом наши производители сосисок и ритейлеры платят налоги, социальные платежи, включая пенсионные, таможенные пошлины, а контрабандисты не платят. При этом нам выгодно на миллионы евро и миллионами тонн продавать бензин польским контрабандистам, - мы продаем, а ведь в Польше, - нетрудно предположить, - тоже недополучают топливные акцизы. И, очевидно, вправе регулировать этот процесс. Потому что как ни назови контрабанду, она не перестанет быть контрабандой, за которую все государства во все времена наказывали. И никакого отношения к конституционным свободам и свободе передвижения это не имеет.

Но если продолжать сочувственно слушать бедных панов, настаивающих на ущемлении своих прав, давайте скажем и о своем праве на свободное передвижение. Построили новый шикарный переход в Гжехотках, денег вбухали, полос понаделали. И что?! Как пчелы улей, его забили польские пассаты-бензовозы, - и привет. Стой в многочасовой очереди, как в девяностых. Если наши пограничники еще хоть как-то очередь сепарируют, у поляков, в евросоюзе, – стой в общей. Но я не делаю на границе бизнес, дорогие паны! Я еду по своим делам. И вы удивитесь, - даже сосиски в Польше не покупаю, мне они вообще не нравятся, польские сосиски, сколько бы ни стоили, я не считаю хорошим продукт, напичканный искусственными усилителями вкуса. Вы, может быть, еще больше удивитесь, - но я не одна такая. Гданьский аэропорт стал воздушными воротами Калининграда, это правда. И сотни, тысячи калининградцев едут туда, чтобы улететь в Европу и далее - везде. Но чтобы не опоздать на рейс из-за бензиновых пробок на границе, часто надо выезжать, предусматривая ночевку в Гданьске. Нести дополнительные расходы. Их считал кто-нибудь?

По данным таможенной палаты Ольштына, в течение 2012 года количество пересечений российско-польской границы составило 4 миллиона. Более 90 процентов поездок жителей Польши в Калининград, по оценкам ведомства, заканчиваются через два-три часа, что может указывать на единственную цель - покупку топлива. Нетрудно посчитать: если умножить 2 миллиона пересечений со стороны Польши на средний объем бензобака автомобиля «Фольксваген Пассат», получается что-то около 160 млн. литров бензина, вывезенного из Калининграда. Общая выгода от перепродажи топлива на территории Польши при существующей разнице в цене составляет 3,2 млрд. рублей. За эти деньги грех не побузить, не побороться, - и польскому государству, и приграничным бензинщикам.

А что до любви поляков к русским, позвольте не согласиться. Они нас сильно любят, когда им это выгодно. Встречала одного такого, - пять лет живет в Калининграде, тот же приграничный бизнес делает, а даже названий центральных улиц не знает, и знать не желает, - не надо мне этого, говорит, у меня, говорит, «аллергия на Калининград». Поэтому ничего удивительного, что никто из бедных приграничных бензиновых королей дальше бензозаправки еще не ездил.

Смотрите больше фотографий в нашей галерее.