2018-06-04T13:59:57+03:00

Евгений Гришковец: В 12 лет пообещал деду, что прославлю фамилию

Писатель и драматург принял участие в радиомарафоне «Страна других. Дети» и ответил на вопросы «Комсомолки»
Во время марафона вопросы Гришковцу в студии нашего радио задавал 13-летний Матвей Чарный.Во время марафона вопросы Гришковцу в студии нашего радио задавал 13-летний Матвей Чарный.Фото: Александр Подгорчук
Изменить размер текста:

Накануне на радио «Комсомольская правда» в Калининграде состоялся марафон «Страна других. Дети». Мы предложили ребятам с ограниченными возможностями здоровья попробовать себя в роли ведущих прямого эфира, а их гостями стали известные калининградцы. Среди них был писатель и драматург Евгений Гришковец.

Оказавшись в «зале ожидания» перед эфиром, Гришковец отказался и от чая, и от пирожков с яблоками, и от фруктов.

- Спасибо! Я на диете, - сказал, как отрезал гость.

- Поделитесь, что за диета?

- Обычная диета. Мучное, сладкое – как можно меньше. И побольше пить воды.

- Вы впервые участвуете в марафоне, где главные герои – дети с ограниченными возможностями здоровья?

- Можно сказать, что в таком формате – да, впервые. Но есть несколько историй, когда среди моих зрителей, когда я только начинал, были дети с ДЦП. Сейчас это уже взрослые люди. И когда бываю со спектаклями в городах, где они живут, встречаемся. Так что опыт общения есть.

- Дети с ДЦП, участники марафона, признаются, что их порой обижает отношение здоровых сверстников к их особенностям. Эту терпимость, умение принимать другого воспитать можно? Или есть другие способы…

- Только воспитывать!

Фото на память: Евгений Гришковец, Матвей Чарный и его мама. Фото: Артем Килькин

Фото на память: Евгений Гришковец, Матвей Чарный и его мама.Фото: Артем Килькин

«Стюардесса – это правильно!»

Наш разговор все время прерывался. Кто-то из гостей марафона просил сфотографироваться, другие – подходили за автографом, были и те, кто не побоялся обратиться к писателю с просьбой оценить свой первый поэтический опыт.

- Сегодня тема марафона – детская мечта. Вы помните, о чем мечтали в детстве? – врываюсь с вопросом.

- У меня не было мечты. Правда! Вот сейчас я взрослый, и у меня есть дурацкая мечта. Мне очень хочется сыграть военного. Но по возрасту, понимаю, мог бы играть только генерала… А так… Нет, никакой мечты у меня не было. Скорее, я никем не хотел работать, а если буду работать, то так, чтобы не нужно было рано утром на работу.

- Но как же книги? Слово, погружение в истории. Неужели вы всем этим в детстве не увлекались…

- А что книги? Бери и читай.

- Но вот есть же дети, которые говорят, что хотят быть писателем. И при этом читают, сочиняют.

- Врут! Врут дети, когда так говорят.

- Возможно, это не совсем удачный пример. Вот девочки мечтают стать стюардессами, например. При этом до конца они не могут осознать в детском возрасте, чем опасна эта профессия

- Вот! Это правильная мечта. Потому что девочкам нужно красиво выглядеть и быть хорошо одетыми.

- А когда дети говорят, что хотят быть президентом страны…

- Нет, это все несерьезно, нет… Вот я сейчас вспоминаю, что, когда мне было лет 12, я деду своему говорил, что прославлю фамилию. Дед переживал, что фамилия Гришковец может оборваться. А я вот его успокаивал, говорил, что прославлю фамилию, обязательно прославлю.

Гришковец оценил стихи одной из участниц марафона. Фото: Артем Килькин

Гришковец оценил стихи одной из участниц марафона.Фото: Артем Килькин

О романе и роли в кино

- Вы сейчас в кино снимаетесь?

- Да, играю хирурга. По роли мою жену играет Анна Михалкова.

- Как вам в этой роли?

- Был эпизод, когда я, как врач-хирург, во время обхода должен был пальпировать живот пациентке. И я вдруг понял, что не могу дотронуться до незнакомой мне женщины. Стал просить, чтобы это сделал за меня дублер. Такой был барьер! Хотя и консультант мне все объяснил…

- Когда смотреть фильм? Как он называется?

- Фильм называется «Обычная женщина». В этом году выйдет на экраны.

- Новость последних дней – ваш роман вошел в список претендентов на премию «Большая книга».

- Да, список короткий – всего восемь книг, и среди них – мой роман. Больше десяти лет я не был номинирован. Честно, я не ожидал. Когда узнал об этом, испытал юношеское волнение, которое напомнило мне переживания самого начала моей профессиональной творческой жизни. Он называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Такое название. Из двух предложений, взаимоисключающих.

- И он не о театре?

- Скорее, роман о призвании. Это огромная книга. Как «Тихий Дон», например. Роман ошибочно называют «биографическим». А я утверждаю, что этот роман – мемуарный. Потому что есть разница. Если биография – это о прошлом, то мемуары – о пережитом.

Возраст героя романа – от 16 до 33 лет. Вы не найдете в романе ни одного упоминания имени героя, имен его родителей, его жены и детей. С названием городов я тоже поработал. У меня там не Ленинград, а Питер, например.

- Вы играете со временем, получается…

- По историческим событиям все можно вычислить при желании. Мой роман адресован тем, кому сегодня от 25 до 35 лет. Я хотел, чтобы мое мемуарное (то есть пережитое. – Авт.) стало современным. Пережитое – универсально. Все были детьми, юношами, все переживаем кризисы, поиски, и далеко не всем удалось разобраться с тем, что называется - призвание.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Марафон «Страна других. Дети»:

Алиханова спросили об оценках в школе, а Гришковца - как он ел собаку

31 мая на радио «Комсомольская правда – Калининград» впервые прошел марафон «Страна других. Дети». И сейчас у нас у нас две очень хорошие новости. Первая - марафон удался! А вторая новость состоит в том, что это важное событие для Калининграда получилось таким, каким мы его и задумывали. Легким и радостным, лучистым и добрым. Как долгожданное лето. Как детская мечта (читайте далее).

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также